Проблема одна — Адель из столицы, а я живу Алматы. Но это решаемо.
— Извини, задержался на совещании.
Голос брата клещами вытаскивает меня из воспоминаний. Все это время я свайпал фотографии Адель в телефоне и думал о ней. Черт знает, зачем брат позвал меня, зная, что я прилетел вчера вечером. Он сказал, что срочно.
Я злюсь, потому что он не появился в назначенное им же время. Деловой, занятой, не считающийся со временем других. На год младше, дед готовил его в свои преемники, как наследника, пока не получил инсульт. Теперь некогда властный, богатый тиран прикован к постели и не разговаривает, а Керим добрался до его кресла.
Патриарх был строг со всеми своими внуками. Со мной в особенности. Но жесткие черты деда проявились в брате. Хватка стальная, необходимая для большого бизнеса. Он будто был рожден именно для этого. В отличие от меня.
Зерновая корпорация кормила нас с рождения. Дед построил империю, мой отец, много лет работающий в Правительстве, помог укрепить позиции компании.
Всё связано и все связаны. Только я пошел по другому пути, и дед был в ярости, что внук, окончивший американский университет, стал каким-то разработчиком. Только у меня уже своя IT компания, которая занимается разработкой и поддержкой программного обеспечения.
Пропускаю его извинения мимо ушей, убираю телефон в карман и пожимаю протянутую руку.
— В чем срочность?
Керим бросает пиджак на диван, возвращается к столу и берет в руки айпад. Дергает бровям, что-то ищет. Я терпеливо жду.
— У нас проблемы.
Он протягивает мне планшет.
— Запусти.
На видео, снятом в ресторане, — наш отец с другой женщиной. На вид ей чуть больше сорока. Стройная, невысокого роста, красивая. Появляется какое-то странное ощущение, что она мне кого-то напоминает. Они сидят вместе и отец, обнимает ее за плечи, поглаживает, целует в висок. Нежно, с любовью. Я не помню, чтобы он так целовал нашу маму.
— Кто это? — нервно сглатываю и поднимаю на него глаза.
— Токал отца. Его вторая жена, — жестко, с неприкрытым отвращением говорит он.
— Не может быть.
— Я перепроверил. Может.
Привычный мир переворачивается с ног на голову. Я не верю, этого не может быть. Мой отец — непререкаемый авторитет — ведет двойную жизнь и живет в столице с младшей женой. Может, у них и дети уже есть? Маленькие наследники на старости лет.
От этой мысли становится противно до неприятного, горького привкуса во рту. Я вглядываюсь в лицо женщины. Съемка очень хорошая, зум отличный, позволяющий разглядеть ее. Белокожая, черноволосая, морщины едва заметны. Папа смотрит на нее по-другому, с восхищением. Переплетает пальцы, целует ее их. Мама не должна этого видеть. Надеюсь, Керим додумался не показывать.