Последний выдох, первый вздох
Казалось бы — жизнь только начала налаживаться. Полгода назад Антон получил диплом, заочно закончил политех. На работе его сразу же повысили — только диплома и ждали, зарплата стала заметно выше. С девушкой еще съехался, они вместе откладывали на отпуск. И вот, наконец-то, состоялась его первая заграничная поездка, первый полет на самолете… и первая авиакатастрофа.
Он был уверен, что не выживет. Самолет точно падал, в салоне дым, и это не взлет или посадка — они были в середине полета, при падении с такой высоты нереально выжить. Антон отключился раньше, чем что-то почувствовал…
Его либо прямо из салона выкрали инопланетяне, либо у него очень крутой ангел-хранитель. Последнее было бы предпочтительнее, потому что инопланетяне будут опыты ставить… наверное. Это к тому, что Антон отчетливо понимал, что жив. Лицо болит, руке холодно, правая нога чешется. И рядом люди разговаривают. Он лежал молча, будто реально был мертв, потому что открывать глаза было страшно. Пока не видно, где он и с кем, можно подумать, что он проспал самолет. А незнакомая речь рядом — это у соседей телевизор работает. Но через пару мгновений он начал понимать, о чем говорят люди рядом с ним.
— Вы мне предлагаете сделать вид, что ваш сын не избил моего внука⁈ Вам деньги последние мозги из головы вынесли⁈ У вашего сына проблемы с агрессией. Отмажете его сейчас — через пять лет будете уже в зале суда рыдать и говорить, что он хороший мальчик!
Антону словно длинную иглу в голову всадили — воспоминания пронеслись перед глазами так быстро, что он в ужасе открыл глаза. Мозг запоздало обрабатывал информацию, выдавая ее короткими порциями. Это голос хальбе. То есть дедушки. А кричит он на родителей пабо Ёну… то есть, идиота Ёну, который в школе решил доказать свою правоту кулаками и налетел на Хару. И рядом не было Тэюна, который обычно защищал…
Картинки сменяли друг друга со страшной скоростью, и Антон не выдержал, обхватил руками голову, пытаясь остановить этот поток воспоминаний, причинявших ему физическую боль.
— Хару-я! — раздался совсем рядом голос женщины. — Мой мальчик очнулся. Тише вы, петухи крикливые!
Все разом замолчали, но лучше не стало. Воспоминания все еще мелькали перед глазами. Хару — это его имя. А женщина рядом — его бабушка. Они родители его отца, живут вместе с ним… в Сеуле… в Южной Корее…
— Лучше бы инопланетяне, — вслух и по-русски сказал он.
Получилось, правда, что-то неразборчивое.