Капитан Глебов кивнул и направился к связистам. К сожалению, телефонной линии со Ставкой в Севастополе не было. Только с Петроградом, да и той доверия нет. Надо будет исправить эту ситуацию. Телефонизация поможет значительно улучшить управление армией и флотом.
Первый доклад от Каппеля я получил еще в Киеве. Задержавшие Николая Николаевича офицеры во главе с генералом Эвертом при виде численного превосходства третьего штурмового батальона сразу же прекратили сопротивление и сдались. Перехвата управления над военными силами Российской империи не произошло, и мы держали руку на пульсе событий.
Можно было, конечно, самому лично наведаться в Ставку, но потеря времени недопустима, как и нельзя было спугнуть главных заговорщиков раньше времени. Буквально вчера от фон Коттена из Петрограда пришел доклад о полном контроле и отсутствии беспорядков. Медлят господа заговорщики или скорее ждут важных новостей…
Вскоре Глебов доложил о готовности Ставки к разговору, и мы направились к местным связистам. Аппарат Юза непроизвольно вызвал у меня улыбку. «Клавиатура» из черных и белых клавиш больше напоминала пианино. Удивляет, как продвинулась связь за сто лет от огромных аппаратов с массой ограничений до портативных устройств, работающих по всему миру и помещающихся в кармане.
«П/п-к Каппель на связи.»
Получив первое сообщение, Глебов отстранил связиста штаба флота, и за аппарат сел наш специалист в ожидании дальнейших указаний. Крутилась лента, печатались буквы, хоть и выглядело все это дико, но лучше, чем ничего.
От Каппеля поступило сообщение, что пришлось привлечь недавно сформированный четвертый батальон и всех инструкторов из Варшавы для контроля над Ставкой. Великий князь Николай Николаевич ходит смурной и немного сбавил свой знаменитый гонор. Войска ждут указаний, но до того момента пока не прояснится ситуация с императором я не мог начать наступление. И все еще остался вопрос в необходимости подобной операции без особой выгоды для Российской империи.
Отправив сообщение о том, чтобы держали в курсе событий и не делали резких движений без заверенного лично мной приказа, я направился в казарму. Отклонив предложение занять дом для высоких гостей. Поближе к бойцам в последнее время спокойнее засыпать. Меньше шансов помереть.
Мое появление в казарме взбаламутило народ. Проходившие как бы ненароком нижние чины старательно делали вид, что оказались здесь чисто случайно. Пока бурление не достигло критической точки и делегация матросов под руководством кондуктора не застыла напротив меня. Ошалев от собственной наглости.