— Скоро пост милицейский! Километра три-четыре до него, если дотянем, то спасены! — выкрикиваю и морщусь, немецкая машина, даже в плачевном состоянии нас неумолимо догоняет.
Стрелка спидометра замерла на ста тридцати километрах в час и ни в какую дальше не ползёт! Бэха с нами поравнялась, боковое, наглухо тонированное стекло опустилось и средних лет мужик замахал рукой и закричал. Открыл и я окно:
— Хрен ли надо⁈
— Тормози! Перетрём и дальше поедешь! А то хуже будет! — ответил мне браток.
— А ты ни чё не попутал? Гоп-стопом на дороге занялся? — я крутнул руль в направлении бэхи, та резко ушла в сторону, водила зорко следит за моими действиями. — Десяток секунд выиграли!
— Макс, гони, гони! — азартно выкрикнул Котыч.
К нам опять приблизилась бэха и браток крикнул:
— Лучше остановись! Отпущу, если за проезд заплатишь! Понравилась мне твоя наглость!
— И сколько же стоит проехать? — спрашиваю, прикинув, что стационарный пост уже скоро покажется.
— Нас семеро, стольник на брата! — оскалился браток и вытащил пистолет. — Одну пулю в покрышку, и ты уже костей не соберёшь на такой-то скорости.
Молчу, ответить нечего, а браток демонстративно ствол поднял и в воздух выстрелил.
— Холостые? — неуверенно спросил Котыч.
Ничего ему не ответил, ногу с газа убрал, а потом и на обочину съехал. Это в дешёвых боевиках легко уходят от погони грузовики от спортивных тачек. Нам не оторваться, а если он начнёт стрелять, то шансы и в самом деле мизерны. Да, какие к чертям шансы? Одной пули хватит!
— Сколько у нас бабла осталось? — спросил я напарника, увидев, как впереди бэха встала поперёк дороги.
— У меня пара штук, — тяжело выдохнул напарник и протянул мне тощую пачку купюр.
— Пойду, попробую договориться, — взял я бабки и вышел из машины.
Думал, что Котыч останется в салоне, но мой друг поспешил за мной. Одного не понимаю, для чего устраивать на нас охоту, когда с такими силами, как у братков, могут тормозить фуры с товаром. Кстати, дальнобоям приходится не сладко, если нет сопровождения из ментов или тех, кому принадлежит груз, то машины не часто доходят в пункт назначения. Пройдёт лет семь и тогда на дорогах успокоится, хотя и будут орудовать залётные банды, но с ними братки быстро начнут разбираться. Бывшие спортсмены, участвующие в разборках и заделавшиеся добропорядочными бизнесменами или теми, кого сейчас презрительно называют торгашами и барыгами, не будут терпеть и прощать, если кто-то позарится на их вещи.
— И чё, мля, сразу не остановился? — вразвалочку подошёл ко мне браток, сжимая пистолет.