Наверное, именно из-за своей угрюмой досады балаганщик проглядел путников. Показалось, они возникли на дороге словно из ниоткуда. Будто из воздуха соткались. Рослый, совсем ещё молодой мужик с дорожным мешком за плечами, одетый на в и ргский манер — в стоптанные сапоги, штаны, поношенную рубаху и безыскусную тунику. За руку незнакомец вёл невысокую девушку в бурнусе песочного цвета. Голова, лицо и шея девушки были обёрнуты синим палантином. Ничего странного, Пэйт и сам был обмотан по глаза: только это от гнуса и спасало. Необычно было другое: спутника девушки мошка совсем не донимала, хотя он не прятался под витками ткани.
Шли странники медленно. Повозки вельдов быстро с ними поравнялись. Псы тут же подобрались и зарычали, готовые кинуться по первому знаку хозяина. Перехожий человек, впрочем, не испугался. Спокойно задвинул спутницу себе за спину и посторонился, давая небольшому обозу проехать. Пэйт со злорадной усмешкой смотрел, как колеса первой кибитки поднимают пыль и та щедрыми клубами оседает на страннике.
Балаганщик всё ждал, что чужак чего-нибудь скажет, хоть ругнётся — и тогда на нём можно будет сорвать досаду. Но мужчина глядел равнодушно. Налетевший ветер рванул полы одеяния его спутницы, и Пэйт увидел, что девчонка, жавшаяся к спине своего защитника, тоненькая, словно камышинка. На балаганщика она смотрела без обиды, с простодушным любопытством. Под беззлобным взглядом тёмных глаз Пэйт внезапно растерял свою злость.
На мгновенье сердце кольнула не то жалость, не то стыд. Девчонка-то показалась ровесницей внучек. Впрочем, вельд всё равно опасался брать случайных попутчиков. От чужаков одни беды. Поэтому кибитка его не остановилась.
Но тут чужак невозмутимо окликнул балаганщика:
— Уважаемый, до Фетги не довезёшь?
Как будто неясно ему было: не повезёт «уважаемый», даже лошадей не придержит.
— У нас своя дорога, у тебя своя, — буркнул Пэйт в складки куфии, обвивающей и голову, и лицо.
— Да уж вижу, — усмехнулся мужчина и добавил: — Только я бы на твоём месте моей дорогой пошёл.
Старик в ответ сложил пальцы левой руки в щепоть и тряхнул кистью, словно сбрасывая воду.
— Доброе слово да сбудется, злое — пусть к тебе приклеится, — скороговоркой произнёс вельд присказку-защиту от сглаза.
Путник в ответ пожал плечами. Видимо, не знал ничего о вельдских обычаях и приметах.
Балаганщик же сплюнул с облучка в пыль, хлестнул лошадку кнутом и покатил дальше.
Неизвестно, был ли незнакомец колдуном, или злобное его слово услышали злые придорожные духи, однако тракт через холмы не принял обоз Пэйта. Неприятности посыпались одна за другой. Сначала кибитка, в которой ехала Эгда, подскочила на каменюке. И ладно бы просто колесо отвалилось, так нет же, ступица треснула! Хорошо, запасная с собой была. Переменили с Гельтом, ругаясь сквозь зубы и поминая злую богиню Хьёгг, путающую пути.