— Я Лазурная Ласточка, — кивнул я. Лазурная Ласточка, конечно, звучит слегка по-гейски, но ничего не попишешь. — Приятно с вами познакомиться.
— Не ты говорить наш язык, — прищурился он.
— Простите? — слегка наклонился, показывая, что пытаюсь понять, что он там говорит.
— Говорить не наш язык. Но ты глаза широкий.
— А… я родился не здесь.
— Тот земля?
— Да, та земля. А вы хорошо говорите на нашем.
Лёгкая лесть его не тронула, даже глазом не повёл — явно не из тех, кого вообще впечатлить. Обычно такие люди знают, чего хотят, и будут идти до цели до упора. По крайней мере такое я от него почувствовал.
— Торговля партнёры та земля. Знать говорит торговать.
Иначе говоря, они занимаются торговлей и потому им просто необходимо знать наш язык, чтобы вести дела. Логично…
Хотя какой наш язык, я сам-то его выучил едва-едва.
— Ты упырь?
— Упырь? — переспросил я. Меня уже звали так, и потому знакомое имя вызвало у меня определённую тревогу, отчего всё сжалось.
— Труп человек ходить живой, пить силу еда человек? Упырь.
А, он об этом…
— Я не ем людей и не пью кровь, — покачал я головой. — Но да, я мёртв, как вы заметили. К сожалению.
— Почему? — он смотрел на меня таким взглядом, будто всем видом пытался показать, насколько внимательно слушает и готов поймать на малейшей лжи. Прищур, холодный и цепкий, аж не по себе становится. Хотя мне не по себе, наверное, лишь потому что чувствую себя без сил беззащитным.
— Что почему?
— Почему не питаться люди?
— Потому что… не хочу? — ответил я с той же невозмутимостью.
— Ты слабость есть необходимость, — ответил он, после чего встал. — Гость наш гость быть сидеть лучше быть состояние. Я говорить есть о чём позже. Ты большая сила я интерес нужда и мы помогать я ты помощь.
Типа я помогу тебе, а ты мне? Нет, интересное предложение, и, в принципе, чего-то подобного я и ожидал. Зачем ещё спасать меня, ходячего и в теории опасного мертвеца, если не ради того, чтобы выбить из меня выгоду? Но у меня нет никакого желания сейчас кому-либо помогать, если честно, и ввязываться в какую-нибудь авантюру. И тем более позволять использовать себя ради каких-то их внутренних политических игр, когда у меня самого проблем выше крыши.
Поэтому логичным вопросом было:
— А если я не хочу помогать? — задал я логичный вопрос, склонив голову.
— Выход ты нет. Ты болеть слабость взять. Я знаю кто помочь лечить. Или охотник или жертва.
— Вы знаете, от чего у меня упадок сил?
— Говорить я так да. Но разговор потом сейчас ты отдых, серьёзный дело.
С этими словами он встал и направился к двери. Дойти не успел, как служанка уже открыла перед ним дверь, после чего шмыгнула следом, а за ней уже и четыре стражника, оставив меня одного.