В прежние времена меня могла бы успокоить мысль о том, что все это понарошку и передо мной не люди. Но сейчас я гнал ее от себя. Это — люди. Но я все равно буду драться с ними за то, во что верю.
Со стены грянул новый залп, и на этот раз я присовокупил к нему выстрел из своего крикета. Теперь выстрелы мощных крепостных мушкетов проредили шеренгу врагов сильнее, и я заметил, как их ряды дрогнули, однако ситуацию спас офицер, отчаянно рыкнувший и скомандовавший: «Бегом!».
Солдаты с яростными криками рванулись вперед к стенам, до которых оставалось совсем недалеко. Задние ряды начали палить из аркебуз, и одна из пуль ударилась о зубец стены прямо рядом со мной, выбив фонтан каменного крошева, отчего я втянул голову в плечи. И тут со стороны надвратной башни отчаянно гавкнула пушка, осыпав вражеский строй ревущей картечью.
Железный град оставил в шеренге наступающих широкую просеку до самого заднего ряда, однако и после этого они не утратили решимости и вскоре уже были под стенами.
Глухо стукнули о стену первые лестницы. Мои бойцы, тем временем, лихорадочно перезаряжали мушкеты, надеясь успеть, дать еще третий залп. Я же уже управился с зарядом и был готов.
Первая голова в шлеме с перекошенным от ярости лицом появилась между зубцами крепостной стены как раз напротив меня, и я тут же разрядил крикет прямо в лицо. Облако дыма милосердно скрыло от меня, то, во что мой выстрел превратил вражескую голову. Еще несколько секунд — и откуда слева послышались крики и лязг стали, а правее меня несколько успевших перезарядиться солдат жахнули из мушкетов по толпе внизу.
Не прошло и минуты, как на стене уже кипел беспорядочный кровавый бой. Атакующие, навалившись всей массой, пытались выдавить нас со стены, но солдаты Барриана встретили их на удивление дружно и отчаянно. Никто не думал сдаваться.
Мои бойцы из авангарда тоже лихо орудовали алебардами, не давая атакующим закрепиться на стене. Я носился по стене то в одну сторону, то в другую, отдавая короткие команды и то и дело врубаясь в самую гущу схватки, молотя крикетом.
Вражеская сабля скользнула по моей кирасе, выбив сноп искр. В другом месте толчок прикладом аркебузы в лицо едва не оставил меня без зубов, расквасив губы и нос. На груди осталась вмятина от ударившего в кирасу острия пики.
Очередной отчаянный рывок нападающих — и они уже овладели участком стены, постепенно оттесняя драгунов Макса моих солдат и меня вместе с ними — к надвратной башне. Противник хорошо понимал, что потерять ее будет для нас катастрофой. Если они смогут открыть ворота для конницы, да еще и хлестнут из картечницы по отбивающимся на другом конце стены солдатам Барриана…