Затем я провалился. Падать пришлось долго, но затем… я сумел сделать вдох.
Неведомая сила вернула меня с того света?
Я услышал незнакомые голоса.
— При температуре в тысячу восемьсот градусов тело становится сухим, как старый херес. Но иногда этого мало. Череп с ребрами могут уцелеть… — вздохнул человек с сиплым голосом, — и без понятия, что с ними делать. Не в Мойку же скидывать⁉
— Беляш, ты это к чему? — ответил ему второй, — этого я бы назвал визгливым, как свинья на убое.
— К тому, что от тела нужно избавиться, думаю в крематорий его скинуть. У меня там, если чё всё подмазано, не ссы. С костями чё-нить да придумаем. Коллекционерам толкнем, не знаю. Есть же всякие там, эти, помешанные некроманты. Используют кости как эти…ну, релегегенты, во!
— Ты имел в виду реагенты?
— Да пофиг, — фыркнул сиплый.
Супер, только что помер, теперь опять предстоит помереть? Только не в крематорий, гореть заживо такое себе развлечение.
И да, где я вообще оказался? Кто все эти люди? Что, чёрт побери, происходит!
— Погодь-ка, он что, дышит⁈ — крякнул визгливый.
— Да ты гонишь! — не поверил сиплый, вроде визгливый назвал его Беляшом.
Дышу, хотя по идее не должен. Меня ведь убили!
Я мысленно дотянулся до своих каналов маны… и… стоп, что стало с моей маной? Куда она делась? Где целые океаны энергии, почему вместо них какой-то пересохший колодец⁈
Я открыл глаза, ресницы слиплись от крови. Всё такое размытое и непонятное, увидел лишь два перевернутых силуэта. Зрение дало сбой, а голова адски раскалывалась. Как будто меня огрели здоровенной дубиной прямиком по затылку. Как оказалось, я висел вверх ногами, связанный по ногам. С лица капала кровь, образуя лужу подо мной. В алом отражении я увидел разбитое лицо худосочного паренька. Его темные волосы спутанными сосульками касались кровавого зеркала.
Что это за парень и почему я чувствую его боль?
Попытался зачерпнуть ту несчастную лужицу энергии из чакры сердца, что была в этом теле, а затем усилием направил её к глазам. Нити энергии окутали зрачки и зрение нормализовалось, я смог просканировать ауры двух незнакомцев.
Одна синяя, с алыми прожилками, принадлежала крупному человеку. Вторая — бледно-зеленая с оттенками оранжевого помельче, он стоял позади здоровяка.
Они приблизились ко мне вплотную, так что я различал их смрад перегара и табака.
— Смари-ка, да он ожил. В натуре ожил! — выпучил глаза здоровяк по кличке Беляш и чиркнул ножиком.
Я грохнулся на пол, прямиком в лужу крови и плотно сжал зубы. Больно ведь, падла…
— Оживший мертвец, вот те нате! — воскликнул худой прыщ.