Поплатилась жестоко.
Ее вывезли в какую-то заброшку и пустили по кругу. По приказу Макаровой. Тут, конечно, мне все стало ясно. И что вляпался я жестко, и что шутки Поли про Гленн Клоуз — это нихрена не шутки. Поэтому ее увезли в Новосибирск подальше от моей семьи, в особое заведение, где она не навредит ни себя, ни другим. И где у меня не будет необходимости вредить ей.
Возможно, мне стало ее жаль. Возможно. Все-таки я не монстр, и даже если она и заслужила какой-то мести, то точно не пять потных мужиков и грязный матрас. После такого, полагаю, каждый крышей двинется. Но это уже не мои проблемы. Я оплачиваю ее лечение, а по-простому оплачиваю легальное заключение в мягких стенах. Чтобы руки не марать и за своих детей не волноваться. Вот и все.
Да и сейчас не об этом…
Моментально снимаю трубку и выпаливаю:
— Тим?! Ты в порядке?!
Он молчит.
Сердце начинает тарабанить где-то в висках.
— Тим…Тим, блядь!…Не молчи! Где ты?! С тобой все нормально?!
— Пап, мы в полиции.
Часто моргаю.
— Что?
— Подрались у рестика одного. Сильно.
— Ты пострадал?! Егор?! Марк?!
— Не то чтобы…но…пап, тебе надо приехать.
Больше я ничего не спрашиваю.
— Адрес.
Тим диктует и называет номер отделения. Это где-то в центре…
Прикидываю, сколько мне туда ехать, потом киваю.
— Буду через полчаса.
Сбрасываю и тут же говорю водителю.
— Планы поменялись, разворачивайся. Доедешь за полчаса — дам двойную таксу.
***
Я доезжаю за полчаса и даю двойную таксу, а потом вылетаю из машины и мчу до здания отделения.
Хоть бы с ними все было нормально. Господи, хоть бы все было нормально! С остальным я разберусь. Все решу! Только пусть с ними все будет нормально, блядь! Умоляю! Или я этого не переживу. Никогда себе не прощу! Никогда!…ведь все это моя вина. Моя! Они и раньше дрались, но никогда не доходила до ареста. Как и все пацаны. Несерьезно.
А теперь…
Твою мать. Если с ними что-то случится. Если из-за меня они попадут в серьезную историю — я никогда себе не прощу. Егора тут же отчислят из университета. Тима тоже. А потом Полина…как я посмотрю ей в глаза? Как скажу? Она же беременна…
— Пап!…
Слышу голос сына, который выдирает меня из внутреннего ступора и паники. Все в один момент. Вот так бывает…
Резко поворачиваю голову и вижу Тима и Егора. Они стоят у самой лестницы. Вроде целые. Жадно, придирчиво оббегаю их взглядом и понимаю, что да. Они целы. Здоровы. Живы! Все хорошо…
Подхожу за два шага и на всякий случай уточняю.
— С вами все в порядке?
Тим отвечает сразу.
— Да.
Смотрю на Егора. Он сложил руки на груди и опять транслирует недовольство. Уже не ярость, что хорошо, но мне сейчас его обида до лампочки. Я сдохну, если не услышу…