Никиту помяли сильно, на нем места живого нет. Вдобавок еще и ножом ударили в живот.
— Ну все-все, — целует Женю, и та аккуратно обнимает своего отца.
— Саш, — зову я сына, — сходите с Жекой в вестибюль, купите шоколадку, ладно?
Саня умный, он поймет, что я просто хочу поговорить с Никитой.
— Хорошо, мам, — кивает и уводит сестру, бросая на Никиту еще один взгляд.
Когда за ними закрывается дверь, я подсаживаюсь к Фадееву, беру его за руку.
— Ну куда ты полез, а? — качаю головой. — А если бы они тебя…
— А если бы они вас? — перебивает меня. — Предлагаешь просто смотреть на отморозков, которые причиняют боль дорогим мне людям? А те парни явно пришли не на кофе тебя позвать, Инга.
Никита жмурится от боли.
— Ты сказала ментам, что знаешь, почему они явились. Это правда? — спрашивает он.
— Да, — тяжело вздыхаю. — Отец умер и оставил мне наследство. Теперь из-за него возня.
— Какого хрена ты не сказала, что тебе угрожают? — возмущается он.
— Это мои проблемы, — качаю головой. — Я сама со всем разберусь.
— Инга, я не чужой тебе, — он берет мою руку, но сжимает ее слабо. — И одна ты не разберешься, это же очевидно.
— Что ты хочешь от меня? — вздыхаю. — Все, что знала, я рассказала полиции.
— Этого мало, Инга. Полиция тебя не обезопасит, — качает головой.
— Я что-нибудь придумаю.
— Нет, Инга, — произносит твердо. — Оставь это мне.
— Но что ты можешь сейчас? — показательно окидываю его взглядом.
— Думаешь, у меня нет связей? Или бабок, чтобы помочь вам?
Качаю головой. Я не хочу больше споров.
— Никит, я заберу к нам Женьку, ты не против? На то время, что ты лежишь в больнице.
— Я буду благодарен тебе. Она очень испугалась.
Сжимаю его кисть.
— Я позабочусь о ней, не переживай.
— Спасибо. Инга, скажи, я ослышался или Сашка и вправду назвал меня папой — там, на парковке?
Устало улыбаюсь:
— Тебе не послышалось. Он тоже за тебя испугался, Никит.
— Инга, ты воспитала настоящего мужчину, — в его голосе тепло. — Он так рвался защитить тебя, хотя понимал, что перевес явно не на нашей стороне.
— Я просто не хотел, чтобы тебя размазали в лепешку, — слышится позади, и я оборачиваюсь, а Никита переводит взгляд на сына.
Сашка с Женей стоят в дверях. Жека жует шоколадку, а Саша протягивает мне кофе. Принимаю его с благодарностью.
— Нельзя было лезть туда, Саш, — качаю головой. — Три взрослых бугая, а ты…
— И че, предлагаешь мне смотреть, как они обижают тебя? — выпячивает грудь.
Смыкаю губы, сдерживая улыбку. Буквально пару минут назад Никита говорил мне то же самое. Оборачиваюсь и вижу, что в его глазах плещется нежность.