Как только она скрылась, тяжёлые, вопрошающие взгляды снова навалились на меня. Я сглотнула ком в горле, уставившись в свою пустую тарелку. Слава богу, брат Муслим, почувствовав неловкость, тут же завёл разговор о постороннем.
Дочь спустилась вниз в своём лучшем розовом платьице с пышной юбкой — настоящая маленькая принцесса. Она потребовала заплести две аккуратные косички и украсить их всеми имеющимися заколками. И именно в тот момент, когда я, закончив причёску, расцеловывала её макушку, в дверях появился он.
— Можно я одну красивую девочку украду себе навсегда? — раздался его весёлый, тёплый голос.
Он стоял на пороге, и его взгляд, полный нежности и мягкости, был прикован к Амире. Та, конечно же, завизжала от восторга и бросилась в его раскрытые объятия. Все присутствующие смотрели на эту сцену с умилёнными улыбками. Пришлось и мне растянуть губы в подобие улыбки, хотя внутри всё сжималось от ревности и желания выхватить её из его рук, спрятать за спину, увезти подальше.
Мама, сияя, предложила ему чай, и следующие полчаса Амира не отходила от него ни на шаг. Обнимала, целовала в щёку, получая в ответ такие же ласковые прикосновения. Неужели никто не задаётся вопросами? Почему между ними такая мгновенная, глубокая связь? Они же все знают, что Амира — вылитая его погибшая сестра. Мой животный страх при первой встрече… Разве не очевидно? Но нет. Они видят только красивую картинку: добрый дядя и счастливый ребёнок.
— Принцесса, скажи-ка мне, — его голос, вдруг ставший немного более официальным, прервал общее умиление. — У кого нужно спросить разрешения, чтобы погулять сегодня с мамой?
Вот оно. Начинается. В гостиной мгновенно воцарилась тишина, все замерли.
— У деды, — ответила Амира, тут же бросив на меня вопросительный взгляд. — А я тоже пойду с вами гулять?
— Принцесса, можно я сегодня с твоей мамой погуляю один? Обещаю, только сегодня. Потом мы все вместе будем гулять.
Боже правый, да что он себе позволяет? Я понимаю, что нам предстоит сообщить шокирующую новость, но зачем так, при всех? Он ставит меня в неловкое, дурацкое положение!
— А взамен мне что? — хитренько прищурилась Амира, выжимая из ситуации всё.
— А что хочет моя красавица?
— Обещай никогда не исчезать! — вдруг серьёзно сказала она, протягивая мизинец.
Воздух застрял у меня в лёгких. Она требует от своего отца… чтобы он не исчезал. Как же я потом всё это объясню? Марат, что же ты творишь?
— Сделаю всё возможное, чтобы никогда не оставлять тебя. Обещаю! — его голос прозвучал хрипловато, но с твёрдой, несокрушимой уверенностью. Их мизинцы сомкнулись в обещании, которое для неё было детской клятвой, а для меня — ещё одной цепью.