С точки зрения слуг, моя привычка запираться на ночь выглядела, конечно, странно. Но иначе пока не получалось – я не доверяла, а спать, когда в комнату могут заглянуть посторонние, тяжело.
Вставать и идти утром на стук удовольствие тоже сомнительное, но что теперь? Я нехотя разлепила глаза и, набросив халат, отправилась встречать неизвестного дятла.
«Птицей» оказалась жена Хайса – полноватая, приятная женщина по имени Бриста.
– Ваш кофе, леди Алексия, – протягивая подставку и два накрытых прозрачными крышками стаканчика, вежливо сказала она.
С видом зомби я забрала любимый напиток и спросила:
– А который сейчас час?
За окном было пасмурно и, вставая с кровати, я испытала желание кого-нибудь пристукнуть. Эта побудка, невзирая на кофе, была чистым садизмом, ведь в особняк я вернулась ночью, в районе трёх часов.
Более того, я не вошла, а вползла! Потому что Дрэйк оказался человеком, который решает проблемы на лету, со скоростью гоночного болида. Пока я, сидя в покоях императора, уплетала ужин, «бриллиантовый холостяк» договорился о пространственном кармане и принёс обещанные эликсиры.
Итог? Мы с Арти приступили к лечению императора, и это было, мягко говоря, нелегко.
– Который час? – выдёргивая из воспоминания, переспросила Бриста. – Так уже полдень.
Я мотнула головой и посмотрела в сторону далёкого коридорного окна.
– Ясно.
Кивнув, я отступила, намереваясь скрыться в покоях, но женщина внезапно замялась.
– Леди Алексия… Там домочадцы… Они нервничают из-за ареста мадам Офелии. Ну и новости про ваш новый статус… Люди видели, как вы вчера освобождали бывших слуг от клятвы, да и в газете уже прочитали.
Помедлив, я опять-таки кивнула и не сразу сообразила, что эти слова – не подводка к какому-то разговору, а просто уведомление.
Впрочем, я всё-таки спросила:
– Уволиться никто не хочет?
– Да вроде нет. Разве что Хонна как-то совсем уж опечалилась.
Хонна – это грымза. Та самая, которая с самого начала вела себя неуважительно и которую отвергла система безопасности особняка.
Я понимала, что от Хонны надо избавиться. Уж не знаю, что там в мозгах у панели, которая управляет не менее непонятным мне сверх крутым контуром, но решение напрашивалось даже без этого.
Но…
– Хорошо. Спасибо.
Я всё-таки закрыла дверь и пошла обратно в спальню, чтобы бросить взгляд на спящего в полупрозрачном кресле Эрона, расшторить все окна и уделить внимание кофе.
Моё «но» заключалось в том, что дел слишком много, и я действительно не могу заниматься всем. Плюс, у меня есть Хайс, а у Хайса указания, вот пускай управляющий и решит.