— Ну чо, пацанчики, потанцуем? Подходи по одному! — я поманил остальных пальчиком.
Тощий с трубой и молчаливый с ножом бросились на меня одновременно, с двух сторон. Один целился трубой в голову, второй замахнулся, целясь ножом в живот. Стандартные «клещи».
Труба со свистом пролетела там, где только что была моя голова. Нож ткнулся в пустоту. А два моих оппонента, не ожидавшие такого, по инерции продолжили движение и со всей дури врезались друг в друга. Раздался глухой стук голов и сочный хруст — кажется, тощий сломал молчаливому нос.
Ну и что, что я оказался сзади и придал их головам ускорения? Всего лишь использованный «Рывок» и два толчка для придания скорости.
Когда они отшатнулись друг от друга, я нанёс два коротких, выверенных удара. Одному — локтем под рёбра, в область селезёнки. Второму — коленом в солнечное сплетение. Оба согнулись пополам, хватая ртом воздух, и тихо сползли на землю. Присоединились к своему главарю.
— Я же просил по одному! Ну вы друг другу мешаетесь! — я постарался, чтобы мой голос прозвучал укоризненно.
Не, ну а чо они как эти?
Так, трое на асфальте. Осталось семеро.
Остальные больше не выглядели так уверенно. В их глазах появился страх. Животный, первобытный страх перед непонятным. Но пути назад у них уже не было. Кто-то из задних рядов, самый нервный, швырнул в меня цепью.
Я не стал уворачиваться. Вместо этого я сделал шаг навстречу. И снова использовал «Рывок». Кратчайшее расстояние между двумя точками. Тело сжимается в пружину и выстреливает, покрывая несколько метров за долю секунды. Воздух вокруг меня истерически взвизгнул.
Цепь со звоном ударилась об асфальт там, где я только что стоял. А я уже был в центре их группы.
— Играем в «вышибалы»! Чур я вожу! — крикнул я и шлёпнул одного лысого по макушке ладошкой. — А вот саечка за испуг!
Тут-то и начался главный танец.
«Скольжение», чтобы уйти с линии атаки сразу двоих. «Уход», чтобы пропустить удар кастетом, предназначенный для моей челюсти. «Рывок» на полтора метра, чтобы оказаться за спиной у самого рослого.
Я работал, как хирург. Точный удар в плечевой сустав и рука с ножом безвольно повисает. Короткий тычок пальцами в сонную артерию и тело обмякает. Резкий пендель по коленной чашечке — противник с воплем падает, выбывая из боя.
Я двигался между ними, как призрак. Они были какими-то медленными, неуклюжими. Их удары летели в пустоту. Мешали друг другу, натыкались, орали что-то бессвязное и даже ругались матом. А я просто делал свою работу.
Четвёртый. Пятый. Шестой.
Один из них, самый отчаянный, попытался схватить меня за ноги. Фу, какая мерзость! Потными ладонями за чистые лодыжки! Пришлось подпрыгнуть и опуститься подошвами на эти самые шаловливые ладошки. Всем весом. Хруст мелких костей был слышен даже сквозь их крики.