Выдержав очередную паузу, во время которой я с наслаждением потягивал бодрящий напиток, я продолжил.
— Что же, а теперь поговорим, что же такое заклинание, почему они работают, и как их можно менять, зная общие принципы построения печатей, — объявил я новую тему лекции. — Сегодня за основу мы возьмем простейшие бытовые чары. Например, свет.
Мел вновь взлетел в воздух и на свободном участке доски нарисовал нужную печать в нескольких плоскостях.
— Сейчас я буду много говорить о значении каждой детали, составляющей печать, и будет лучше, если вы станете записывать, — объявил я.
На этот раз они раскрыли тетради и приготовились следить за моей мыслью.
Идеальные студенты.
— Демьянов Альберт Дмитриевич. Иван Владимирович, разрешите вопрос?
Шло шестое занятие, и на сегодня это была последняя взрослая группа. Удивительно, но я до сих пор не устал повторять одну и ту же лекцию. Хотя, казалось бы, у меня в этой жизни вообще столько работы голосом не было, сколько я за один день выдал.
— Спрашивайте, Альберт Дмитриевич, — благосклонно кивнул я, ставя на столешницу очередной стакан с кофе.
— Вы разве не должны были преподавать нам защиту? — уточнил почти тридцатилетний мужчина.
Я улыбнулся, видя, что и этих студентов мучает тот же вопрос, что и предыдущие группы.
— Да, это действительно должно было быть так, — произнес я. — Однако как я могу преподавать вам защиту, если вы просто не поймете материал? Конечно, я могу выдать вам печати, которые с гарантией помогут вам противостоять вражеским чарам. Но вы их не потяните, у вас не хватит понимания, как ими пользоваться. И наоборот: досконально изучив законы магии, вы сможете создавать печати, как дети складывают из конструктора нужные фигуры. Вы из какого ведомства, Альберт Дмитриевич?
— Полиция, ваше благородие.
— Вас в академии наверняка учили тому, что огнестрельное оружие нужно не просто носить в красивой кобуре, но и уметь с ним обращаться, верно?
Он кивнул, а я продолжил свою мысль.
— Магия — это идеальное персональное оружие. Иногда — оружие массового поражения. Относиться к ней наплевательски — все равно что играть с горелкой, сидя на бочке с порохом. Вероятность того, что вы, не понимая, что делаете, превратитесь в угрозу не для врага, а для себя и окружающих — огромна, — договорив, я сделал очередной глоток. — Я сегодня разбирал с вами печать света. Что вы знаете об этом заклинании, Альберт Дмитриевич?
— Ну, оно светит, — развел руками полицейский.
— Хорошо, тогда давайте я продемонстрирую, что значит на самом деле понимать эту печать, — кивнул я. — Яна, обеспечь нам темноту.