На следующий день после школы мы с друзьями заваливаемся ко мне на гвардейскую базу и разбираем артефакты. Предварительно я предупреждаю о своем условии: всё отдаю под роспись и лишь до конца службы в отряде. Потом спрашиваю, согласны ли.
— Конечно, согласны, Дань, — говорит Гришка, и девушки разом кивают. — Хорошо бы, чтоб отряд и после нас жил. А вообще идеально, если «Русичи» вырастут в элитное подразделение с многолетним послужным списком. И можно будет говорить: «А знаете, я служил в ‘Русичах», и все такие: «Вау-у-у!»
— Только в «Юных русичах», — поправляет педантичная Лена. — Так мы зарегистрированы.
— Ну и отлично, — улыбаюсь я и передаю ребятам расписки с описанием функционала. — Тогда давайте разбирать снаряжение. Внимательно прочитайте инструкцию по применению. Часть артефактов используйте для защиты своих домов, и не забудьте обговорить это с гвардией. Часть теперь всегда носите на охоту — они указаны в списке.
— Ты нас как маленьких учишь, Вещий, — по обыкновению ворчит Светка, вглядываясь в бумаги.
— Ага, — не отрицаю, затем указываю на мешки с артефактами. — Сначала читаете описание предмета — потом берете в руки. Ну всё, разбирайте подарки, детки. Хо-хо-хо! — парадирую я Деда Мороза
А «Русичи», правда, как маленькие дети, бросаются к мешкам.
Подскочившая Света заглядывает в свои артефакты, но никак не может найти то, что ей приглянулась тогда у «норы». Тогда я достаю из кармана серебряный браслет с самоцветами и протягиваю блондинке.
— Я только что ходил с ним в подвал, забыл положить обратно. Просто удобно им дорогу подсвечивать.
— Спасибо, Даня, — принимает Света браслетик. Она быстро заглядывает в строку с описанием и, кажется, нисколько не расстраивается малополезному функционалу безделушки. Наоборот, с радостной улыбкой надевает и любуется. — Красиво!
Ну, как говорится, чем бы Соколова не тешилась, лишь бы не дымилась.
— Гребаный Имш! — гремит вождь ракхасов, яростно расхаживая туда-сюда по хранилищу. Его взбешенный взгляд то и дел цепляется за исчезнувшие вещи. Столько набегов на казидов, столько славных разбоев свартальфаров — и всё впустую! — Как старик посмел меня обокрасть! Шаман же отец моей третьей жены! Это точно был он, Абзуг⁈
Гридень у дверей выпрямляется по стойке смирно.
— Стражник Шамок докладывает, что это был шаман Имш. Он сговорился со всеми стражниками хранилища, кроме Шамока.
— А он почему не остановил их? — с подозрением спрашивает вождь, раздувая ноздри.
— Шамока вырубили, вождь. У него вот такая шишка на лбу, — гридень показывает пальцами размер боевого ранения.