Найдут, памятник поставят. После войны начали было свозить, перезахоранивать в большие братские могилы, но вовремя это дело пресекли. По-разному можно считать, но есть мнение, что народ всю землю защищал и ложился, где смерть придет, а не только на тех красивых высотах, куда начальству удобно подъезжать и пионерские линейки устраивать.
Без памяти нельзя. Впереди большая война. Новая, еще непонятная, не столько с врагом заграничным, как с природой скурвившейся. Имелись такие серьезные прогнозы. Союз готовится, в космос серьезно вышли, плацдармы созданы, на Луне третья база строится. События предстоят серьезные, но время до них есть. И успехи у страны есть. Ротация кадров опять же. В бригаде уже трое командированных, и читать в ином удостоверении «год рождения 1985-й» довольно странно. Вообще-то они странноватые ребята. В Спецстройозеленении еще ничего — отобранные кадры. Но иногда в Москве сталкиваешься — вот явно командированный, мозги вообще набекрень. От слов чем-то этаким «бобиковым» так и прет. Они, понятно, не виноваты — у них там, в будущем, не очень заладилось. Люди в целом знающие, образованные, но слабы в коленках. Надо учитывать, перевоспитывать. Лет через десять они потоком пойдут. Считай, иностранцы. Ну, не все. Михаил Игнатьевич первых командированных помнил — нормальные.
О последнем бое Поборца дважды опрашивали. В Минске беседовали, потом в столицу вызывали. Уточнили кое-что, напомнили, что «оглашать еще несвоевременно». Ну, тем товарищам офицерам и самим было интересно детали узнать. Мало кто с командированными еще в войну сталкивался. Сказок много рассказывают, книжки пишут, кино снимают.
Памятник у Гнатовского моста не очень нравился Михаилу Игнатьевичу. Ну, к чему черный чужой мрамор над берегом Свислы? Пафосно — есть такое слово. Надпись правильная, и то что «ГСС лейтенант Родевич Н. Н. (разведгруппа К „Рогоз“)» идет на обелиске строго по алфавитному списку, между партизанами и танкистами, очень верно. Жаль, вовсе не помнился погибший лейтенант. Экскурсовод рассказывала с душой, мост и укрепления с высоты, от памятника, показывала, но Поборец ничем тот красивый рассказ о подвиге дополнить не мог. Правее бегал, у дороги, где самоходка стояла. Ладно, кто-то же должен и правее главных событий воевать, ну?
Событий на наш век хватит. Михаил Игнатьевич вновь посмотрел на луну. Вот где периметр так периметр. Группу туда подготовили — работают хлопцы, связываются, консультируются. Интересное задание. Чем черт не шутит… Понятно, не в первых десантных группах идти. Здоровье, что б его та кобыла… Пока отбраковывают. На орбитальную станцию только и пустили, хотя там по специальности практически делать нечего.