— Да, наверное, — кивнула Лоурелия. — Что ж, остается только надеяться, что в имении проживает умелая повитуха.
— Ее отправили туда до родов? — нахмурилась я.
В имениях, что моих, что Стивена, повитух никогда не имелось. Да что повитухи. Там и лекарей не было.
— На полгода минимум, по словам Джордана, — последовал ответ.
Ну что ж, оставалось только надеяться, что Стивен с Аливирой успеют вернуться в столицу до родов.
— Как тебе родные мужа? — меняя тему, поинтересовалась Лоурелия.
Я вспомнила визит свекров.
— Мы стараемся редко видеться. На расстоянии они довольно приличные люди.
Лоурелия расхохоталась.
— Ингира, ты неподражаема. Свекровь или свекор?
— Свекровь, — вздохнула я. — Знает о договоре, но уверена, что он — просто бумажка. А значит, я просто обязана сидеть дома, раствориться в семье и муже.
— Ты? — изумленно вскинула брови Лоурелия. — С твоим характером?
Вот и я не могла понять, как свекрови могла прийти в голову подобная глупость.
Мы с Лоурелией проговорили часа два-три, не меньше. Затем я вышла от нее, села в карету и направилась в особняк герцогов Осташенковых.
Несколько минут общения со слугами, и вот я уже знаю, что вместе со Стивеном и Аливирой в имение отправились тетя и личный лекарь рода. Что ж, уже спокойней за беременную сноху.
Вернулась домой я задумчивая. Лоурелия не знала подробностей и понятия не имела, какие именно проблемы со здоровьем проявились у Аливиры. Я не знала, стоит ли жалеть расточительную родственницу. С одной стороны, такие, как она, помрут в деревне от скуки. С другой, уж там-то точно не на что тратить состояние супруга, тем более зимой.
Если я была права насчет оставшегося не заложенным имения, то располагалось оно в глуши. И соседями Стивена и Аливиры были только две-три овдовевшие баронессы. Так себе круг общения для привычной к столичной жизни Аливиры.
Следующие недели прошли в делах и заботах. Я успевала и бизнесом заниматься, и с Витольдом время проводить. Он оказался не таким уж и плохим: проявлял заботу и внимание, всячески доказывая мне, что брак может и приносить удовольствие.
От Стивена и тети вестей не было, но я и не ждала ничего. Обиженные родственники могут жить своей жизнью, лишь бы в мою не вмешивались.
А потом, однажды утром, пришла тошнота. Уже догадываясь, что меня ждет, я даже завтракать не стала, по крайней мере, до прихода лекаря.
— Третий месяц, — подтвердил семейный лекарь, высокий степенный мужчина с седыми волосами и карими глазами. — Вам, нейра, теперь нужен покой.
Я автоматически кивнула, пропустив его слова мимо ушей. Третий месяц? Это получается, я забеременела не сразу, а до или после бала у императора оборотней?