— … снова двадцать минут, — услышал я раздраженное окончание фразы, по всей видимости.
— Простите, мне нет оправдания, Курода-сама. Но девушка на улице подвернула ногу и не могла идти. Я был вынужден дождаться вместе с ней такси и помочь сесть в машину. Это мой долг, как мужчины… — между прочим, не соврал.
— А перед работодателем у тебя долга, получается, нет⁈ — рявкнул предпенсионного вида мужчина. — Знаешь, Отонаси, моё терпение уже на исходе, но ты старательный работник. Просто признай, что ты опять проспал из-за того, что всю ночь смотрел аниме, не выдумывая отмазок, и я тебя на этот раз прощу.
Рассмотрел, как следует, всех участников. Мамору-кун в целом соответствует впечатлению, возникшему при чтении его профайла — добрый парень с активной гражданской позицией. Пока не реализованная склонность к полноте, далекий от безупречности недорогой офисный костюм, причем распаренный, пиджак на полтона не сходится с брюками.
— Извините! Мне сказали, что Отонаси-сан здесь! — бесцеремонно влез я не в свой разговор и поклонился как опешившему юноше, так и его начальнику. — Спасибо вам, Отонаси-сан! Огромное спасибо за рыбку моей сестры в прошлом году. Сестренка так испугалась в тот раз, а вы настоящий герой!
Сразу несколько лиц повернулось в нашу сторону.
— Вы что, попросили приятеля разыграть эту сценку? — не поверил Курода-сан. Вообще-то обоснованно. Слишком странно звучит большинство историй, изложенных в объяснительных.
— Нет, совершенно точно нет. Мы с этим господином не знакомы. Хотя где-то я его видел…
— Это тот сумоист, застрявший в турникете, которому ты помогал освободиться и опоздал на час? — бестактности начальника отдела можно найти единственное объяснение — он до крайности раздражен и не вполне себя контролирует. Кто-то другой на моём месте мог бы и оскорбиться явным указанием на лишний вес.
— Не он, совсем не похож.
— Вы что, назвали меня обманщиком? — изобразил я раздражение, даже легкий гнев. — Сейчас позвоню сестренке по видеосвязи и она всё подтвердит. Рыбку, правда, уже съел наш кот Дандо-сама, а то я и ее предъявил бы.
— Нет, не стоит, — отрицающе махнул рукой Курода, — это в любом случае ничего не меняет, наказание за опоздание Отонаси в тот раз получил заслуженное.
По щеке молодого человека скатилась слеза, какую он тут же утёр платочком.
— Простите, очень рыбку жалко, — пояснил тот, — при должном уходе сarassius auratus живут до десяти лет.
Совершенно искренние эмоции. Парень неподдельно расстроился из-за того, что кот съел золотую рыбку. Прямо совестно стало за обман. Ну, то есть я каждый раз мысленно себя укоряю, когда говорю неправду, но в этот раз совесть уколола серьезнее. Оправдаюсь тем, что это для хорошего дела.