— Простите, Экселенц, но таких подробностей своей родословной я не припоминаю. Хотя, по поводу выбора Вами третейского судьи, позволю заметить, что Великий князь…
— Полно, Альфред! Наш дорогой Александр Михайлович, несомненно, тоже человек с флотской жилкой. Справочники, издаваемые им с любовью и тщанием, весьма хороши. Но будем реалистами: его претензии на уровень серьезного военно-морского теоретика и знатока законов корабельной архитектуры несколько завышены. Как, кстати, и уровень притязаний в плане административном. К тому же, он не артиллерист, а личное участие его в войне свелось к проводке транспортных конвоев. Да, дело ответственное и важное, никто не спорит, но… Вы же меня понимаете…
Беспардонно навесив на августейшего адмирала, дядю и друга царя, ярлык «слабой профпригодности», Вильгельм вновь повернулся к Василию:
— С адмиралом Тирпицем ты знаком. Теперь я намерен представить тебе двух моих лучших корабельных архитекторов, докторов Рудольфа и Бюркнера. Они понимают, что молодость не помеха для светлого ума, поэтому ты можешь не стесняться, высказывая свои мысли и соображения.
Уясни: перед тобой не чопорные ходячие коллекции титулов, званий и орденов, а пятеро людей, для которых Его Величество Военный Корабль значит нечто большее, чем просто «самоходная, плавучая, артиллерийская платформа». И как ты, несомненно, уже понял, о кораблях у нас и шла речь. И об их пушках.
Во время недавней поездки Государя Николая Александровича и Кронпринца на Тихий океан, наши многоуважаемые адмиралы Альфред и Всеволод обсуждали, какими могут стать будущие линкоры и большие крейсеры Германии и России. Ведь они должны, как минимум, на равных соперничать с теми проектами, которые ушлый Фишер и шайка его сообщников в обстановке глубокой секретности воплощают в стали, чугуне и бронзе на портсмутских верфях.
Я не намерен доискиваться до причин того, каким образом твой бывший командир оказался осведомлен об особенностях проектов кораблей, в данный момент находящихся на чертежных досках моих конструкторов, полнее, чем я мог себе вообразить. Главное, этот факт свидетельствует еще и о том, что его данные по линкорам, строящимся сейчас за Английским каналом, скорее всего, также достоверны. И это — положительный момент.
Но для меня принципиально важно, что наш любезный Всеволод подверг результаты трудов докторов Рудольфа, Бюркнера и их компетентных помощников уничижительной критике. Особенно, в отношении артиллерийской мощи. От торпедного же вооружения на линкорах и больших крейсерах он предлагает нам и вовсе отказаться, что пришлось не по душе адмиралу Тирпицу. И не ему одному, кстати.