Он посмотрел на другую сторону канала, но следы маленькой женщины, моего личного врага и финна-вейки давно простыли.
Плевать на Узатиса! То, что вы сделали… Нет слов! Это же… Это… Вы спасли Государя!
— Пустое. А вот десятки людей, которых накрошили бы эти сволочи… Понимаешь?
Зеленая волна мелькнула перед глазами. Я покачнулся. Удивленно ощутил тяжесть револьвера в руке, не сразу сумел засунуть его в карман и, слегка дрожа от напряжения, направился к разбитой карете. Но прежде свистнул казака, чтобы стерег пленника и подобрал с земли оружие лежавшего без сознания террориста. Не хватало, чтобы из него пальнули мне в спину или, не дай Бог, в грудь Государю.
Великого князя уже увезли. Дукмасов и лейб-кучер упрашивали царя срочно покинуть место трагедии. Император хоть и не твердо, но уезжать отказывался:
— Военное достоинство требует посмотреть на раненых казаков и сказать им несколько слов. Михаил Дмитриевич, ну хоть ты меня поддержи.
— Ваше величество! — насупился я. — Еще ничего не закончилось. Здесь террористы обезврежены, но в городе заложены фугасы. Кто знает, где? Полагаю, на пути вашего возможного следования.
— Кажется, на мосту, — тут же сообщил мне Дядя Вася. — А какой мост, хоть убей не помню.
Император побледнел, поплотнее закутался в шинель с пелериной, пряча под ней мундир лейб-гвардии саперного батальона. Его лицо в бакенбардах исказила мука.
— Хорошо, я покоряюсь. Мне нужно быть рядом с сыном. Командуй здесь, не стану мешать. Твои действия… Если бы не ты… Что за безумцы! Зачем? Я же готов был идти навстречу… Лорис-Меликов! Как он ошибся! Уверял меня, что с революцией покончено!
— Нападением командовала Софья Перовская.
Император схватился за горло, будто его лишили кислорода.
— Перовская? Дочь петербургского экс-губернатора? Не понимаю.
Он потряс головой, перья на его каске зашевелились как живые:
— Миша, еще одна просьба. Защити во Дворце комнаты моей жены.
Жены? Но ведь императрица умерла в конце весны.
Александр II понял по моему виду, что я не в курсе.
— Ты не знаешь… — он тяжело вздохнул. — Княгиня Юрьевская. Мы негласно сочетались браком. Об этом был указ Сенату в июле… Ах, да, тебя же не было в Петербурге…
Я вытаращил глаза. Вот так сюрприз. О тайной связи царя с Екатериной Долгорукой знали все, сразу после взрыва Халтурина он пропадал в ее комнатах, вместо того чтобы броситься в Малиновый кабинет к жене или спуститься к израненным финляндцам. Недолго же он вдовел после смерти императрицы.
— Я поеду в Аничков, туда увезли Сергея. А ты отправляйся в Зимний и обеспечь моей жене самую надежную охрану. Я не знаю, кто стоял за попыткой покушения и что последует дальше. Мысли у меня самые невеселые…