— У вас очень необычная летающая машина, — снова меняет тему полковник. — Откуда она? Это ведь какой-то нестандарт, но по характеристикам явно что-то очень продвинутое. Корабль третьей силы, нанесший удар с орбиты по обломкам линкора, не смог нас засечь, иначе мы бы уже никуда не летели. Как это возможно?
— Гибридные технологии, сочетающие достижения обеих ваших цивилизаций, — отвечаю без лишних в данный момент подробностей. — В детали вникните позже — слишком долго рассказывать. Меня сейчас интересует другой вопрос. Почему корабли, заблокировавшие орбиту, уничтожили обломок линкора, а по нам даже не попытались выстрелить? Они ведь наверняка видели, как наш глайдер вел огонь по базе американцев. Рассчитать наше примерное местоположение было не так уж сложно. Прямого попадания они бы вряд ли добились, но мощность их оружия такова, что нам могло хорошо достаться и от близких взрывов на земле. А дальше, по вторичному излучению от сработавшего силового щита, можно было бы провести корректировку и выстрелить более точно. Шанс сбить нас таким способом, конечно, не очень велик, но он однозначно имелся, а корабли третьей силы им почему-то не воспользовались.
В кабине глайдера на несколько секунд устанавливается тишина. Готового ответа ни у кого, похоже, нет.
— Могу высказать свою версию, — без особой уверенности в голосе произносит кейр Гуш, — но прошу учесть, что она довольно шаткая. Мне кажется, корабли третьей силы действуют в очень жестких рамках и не выходят за них ни при каких обстоятельствах. Вероятно, у них есть приказ не пропускать к планете чужие корабли, но при этом то, что творится на Земле, им либо неинтересно, либо у них просто нет указаний, как на это реагировать. Когда мы с полковником после разгрома нашей эскадры летели сквозь атмосферу, прикрываясь корпусом ремонтного дрона, противник воспринимал нас, как один из многочисленных мертвых обломков, падающих на планету. Но как только стало ясно, что наша траектория не совпадает с расчетной, по роботу тут же был нанесен удар. Нам просто сказочно повезло, что за несколько секунд до этого мы от него отделились и продолжили падение самостоятельно. Думаю, обломок линкора наш общий враг тоже считал абсолютно мертвым и до последнего времени не рассматривал его, как цель. Но когда на нем внезапно ожила пушка, ситуация изменилась. Для противника он вновь стал одним из кораблей, пытавшихся прорваться к планете. И если полностью уничтожить его не удалось, значит нужно устранить недоработку. Потому по линкору и был нанесен удар. А ваш летательный аппарат произведен прямо здесь, на Земле. Прорвать блокаду он не пытался, и в соответствии с имеющимся у врага приказом, его уничтожать не требуется.