— Марик, ты лучше о полете так бы думал, пока есть чем думать. А то я могу и повторить наш разговор на кухне, — сказал я ему.
После сказанного ухмылка с лица Барсова пропала. Видимо, ударила в голову Марику водочка, раз у него так язык развязался. Хлебнул зелья храбрости! Затаил обиду на меня плейбой за то, что прижал его к стенке.
С нами ехала и Вещевая, нервно поглядывая в мою сторону. Сейчас ей предстоит пойти против своих принципов. Боевую задачу нужно выполнять, а есть среди нас те, кто слегка употребили уже. Наверняка, будет сейчас предлагать их не пускать в самолёт.
Когда автобус остановился рядом со штабом, Ольга подскочила со своего места, чтобы произнести какую-то речь.
— Товарищи… офицеры, — запинаясь, сказала она. — Я вас прошу никому и никогда не рассказывать, что вы после застолья садились в самолёт. Если, конечно, сейчас вам придётся это сделать.
— Ольга Онуфриевна, да всё же хорошо. Сейчас чистым подышим… — начал говорить замполит Гусько, но Вещевая его прервала.
— Это обязательно, товарищ майор, — пригрозила она ему указательным пальцем. Ох, и тяжело даётся ей такое решение!
— Доктор, ну нам идти надо, — сказал я, выйдя в центральный проход.
— Да, само собой, — села она опять на своё место и не выходила из автобуса, пока он не опустел. — Сергей! — окликнул она меня, когда я подошёл ко входу в штаб.
— Да, Ольга Онуфриевна, — повернулся я к ней.
— Вы… вы там аккуратнее, — сказала Вещевая и убежала в сторону санчасти, где уже стоял УАЗик «таблетка».
И чтобы это значило? Узнаем уже только по прилёту.
Пока что команды мне не готовиться не было. Значит, экипируюсь я, как и положено для боевого вылета. Оружие получили быстро. Набор в таком случае стандартный — пистолет Стечкина АПС и боекомплект 100 патронов. Приклад я решил не пристёгивать, чтобы сам ствол спокойно помещался в кобуру.
В классе высотного снаряжения были достаточно оживлённые разговоры на тему предстоящего вылета. Щелкали затворы пистолетов, у кого-то вечно что-то да падало под веселые усмешки товарищей. Сразу видно, что мужики уже полетали на войне и спокойно относятся к тому, что их там ожидает.
Горный рельеф местности, где самолёт может зацепиться за каждый выступ. Плюс погода меняется по десять раз на день. А главное — не знаешь, откуда ждать прилёта ракеты или очереди из «сварки» — крупнокалиберного пулемёта ДШК, огонь из которого сверху напоминает сияние сварочного аппарата. Всё это большой риск для каждого из нас, что полёт станет последним.
— Чего там ещё комдив удумал⁈ — возмущался Гнётов, надевая полётные ботинки.