Фамилию Макса он не называл, но нам эти его похождения были известны. Кажется, у Куркова-таки что-то начало наклёвываться с Майоровой, поскольку речь в выступлении Гелия Вольфрамовича шла именно о том самом доме, где Максим всегда дежурил в ожидании прекрасного психолога.
— Я ещё раз спрашиваю, почему один из вас, отважных осеменителей, выбрал для своих дел дом офицерского состава номер 1, в котором проживает замполит училища? — не успокаивался Ребров.
— Макс, ты не мог в самоход ходить аккуратнее? Теперь нам закроется по полной эта «лазейка», — шипел на Куркова Артём. — Я хотел сам свалить на выходных.
— Да я чего? Меня там кто-то с балкона увидел.
Те, кто был знаком с историей Макса, при словах о балконе, еле сдержались, чтобы не засмеяться.
— Хватит ржать, животные! Так вот, по рассказам очевидцев, около двенадцати часов ночи, а точнее могут сказать только старушки у подъезда, шёл рослый молодой человек с аккуратной стрижкой. Трезвый! Ночью! К женщине! А главное — с пустыми руками, но огромным желанием осчастливить мадам.
Смеяться потихоньку начали и во всём взводе. Макс пока держался, но краснел изрядно.
— Озирался, говорят по сторонам. Использовал приёмы маскировки и скрытого передвижения. Подготовленный, видать был. Изучил слепые зоны, да вот только не все. Кому попался на глаза? Правильно, офицерам нашей эскадрильи, праздно проводивших время на балконе.
— Товарищ подполковник, всё было культурно и без всяких происшествий… — начал говорить майор Новиков. А куда же без него в этой ситуации!
— Попробовали вы у меня на происшествие нарваться. Идёт, значит, эта тутыня с прилепленной башкой. Естественно, его все видят и знают, куда он идёт, потому что он… квартиру не мог найти! Из подъезда в подъезд шёл.
— Товарищ… командир, ну а закончилось то чем, — пытался не смеяться Нестеров.
— Чем, чем? Нашёлся добрый человек, который посоветовал нашему герою зайти через «парадный» вход. Мол, иди и смотри на всех твёрдо! Честь офицерскую не уронишь! Да я… чего ржёте, идиоты? — сам рассмеялся Ребров, не выдержав накала. — Разойдись, уроды!
Сначала посмеялись мы с утра, а потом было не до смеха. Как я понял, Макса всё-таки признали в полуночном ходоке в квартиру к одинокой даме. Поэтому, Ребров и накинулся на контроле готовности на Куркова.
— Курков, я тебе русским, не китайским, языком говорю, покажи мне, — спрашивал комэска у стоящего возле доски Макса порядок выполнения взлёта.
Дверь в класс открылась, и перед нами предстал полковник Борщев. Давно не видел замполита, аж несколько дней прошло!