Впрочем, боль от многочисленных ожогов настойчиво напоминала мне, что мы с Хануманом были в равных условиях. Весь вопрос в том, что один из нас не смог до конца победить свой страх.
— Однако это было славное состязание, — будто читая мои мысли, продолжил царь обезьян. — И честная победа. Он твой.
Он протянул мне посох, держа его одной рукой за середину параллельно земле. Едва я потянулся к нему, он убрал руку, и оружие повисло в воздухе, чуть покачиваясь, будто на невидимых волнах. Я аккуратно, почти трепетно, обхватил пальцами толстое древко, и посох тут же обрел вес. К слову, немалый — раза этак в два больше моего прежнего. Впрочем, силенок у меня уже вполне хватает, чтобы управиться и с таким. А вес, надеюсь, означает и соответствующую прочность.
Посох царя обезьян. Редкость: легендарная. Материал: зачарованная древесина Вечного баньяна. Требования: класс — монах, мастер стихии Дерева. Свойства: +3 ко всем атакующим умениям. Все удары и атакующие умения получают дополнительный урон от Стихии Дерева в размере 10 % от показателя Силы владельца и шанс оглушить противника на 2 секунды (шанс 10 % + 1 % за каждые 100 единиц Силы). Дополнительный урон игнорирует магическую защиту цели. Модифицирует умение «Хлещущая ветвь»: область поражения увеличена на 200 %, время подготовки удара сокращено до 1 секунды, максимальный бонус к Силе во время удара увеличен до 250 %, убрано повышение физической брони во время подготовки к удару, добавлен кулдаун в 60 секунд. Модифицированное и обычное умение можно использовать независимо друг от друга.
— Владей им с честью, — медленно кивнул Хануман.
Поздравляем! Вы получили титул Мастер Дерева. Механика применения умений стихии Дерева изменена.
Доступны новые умения стихии Дерева.
Активированы перманентные бонусы Мастера Дерева.
Вы вошли в число первых десяти Мастеров Дерева в Артаре. Доступна уникальная награда. Обратитесь к наставнику.
Почти в тот же миг моя левая рука начала быстро темнеть по всей длине. Боли я не чувствовал. Точнее, все забивала боль от ожогов. Но, признаться, на секунду мелькнула мысль о том, что Хануман напоследок подбросил мне какую-то каверзу. Вроде того, что рука сейчас отсохнет и отвалится.
Однако темное пятно быстро меняло форму и текстуру, наливалось цветом — в основном оттенками зеленого. Стоящие рядом со мной Псы замерли, похоже, тоже дружно наблюдая за этим зрелищем. Еще немного — и на моей руке, от запястья до самого плеча, развернулся дракон с длинным змеевидным телом, покрытым крупной чешуей. Он какое-то время двигался, будто подыскивая для себя наиболее удобную позу, а потом застыл, превратившись в искусную татуировку.