Старшие, непохожие близнецы, уже имели за спиной полных семнадцать лет, и оба обучались в Ордене Луча — что Жан-Александр, Жанно-младший, что Алиенора. Алиенора, родившаяся первой, была вылитый отец — с медовыми вьющимися волосами и зеленовато-желтыми глазами, разве что фигурой пошла в мать. А её брат-близнец походил лицом на Лику — был темноволос и зеленоглаз, но фигура у него была отцовская. Следующий, Лионель, имел от роду тринадцать лет и обретался в Ордене Света — желал магических наук, а не воевать. Ничего, так тоже бывает. Самый младший, Матье, недавно отметил одиннадцатилетие, он учился тоже у Лучей, как старшие и как его обожаемый крёстный. Ещё имелось такое дивное явление, как сын Марселя, его звали Жиль, ему уже сравнялось девятнадцать, и он унаследовал отцовские силы. Он обучался в Ордене Света — но по особой программе.
Две племянницы Жанно-старшего, дочери его покойной сестры Жозефины, жили с ними последние лет пятнадцать, и тоже обучались в Фаро — куда их теперь, раз уж родному отцу оказались не нужны, а магические силы у них есть.
Королевский отряд приближался. Там явно будет Орельен, он теперь придворный маг, вместе с Жакеттой — она придворный же целитель. Но консультирует не только двор, а ещё дважды в неделю посещает столичные больницы для бедных по графику — чтобы не терять квалификацию. У них сын и три дочери, девочки унаследовали целительский дар, а мальчик — одарён весьма разносторонне, и дядюшка Жиль оказался нежнейшим и заботливейшим дедом — кто бы мог подумать. Впрочем, у него самого в браке с Мадлен родились двое сыновей — одарённые красавцы, кто бы сомневался.
Лионель тоже сопровождает короля, он теперь кардинал и государственный канцлер. И он по-прежнему в нежной дружбе с Маргаритой, вдовой королевой Рокелора. Она так больше и не вышла замуж, сын её родился, пока супруг был ещё жив, а дочь — спустя полгода после его смерти, так что у сплетников не было никакого повода что-то там о них говорить.
— Ну как там? — раздалось над ухом.
— Едут, — можно повернуться и поцеловать Жанно — куда дотянулась.
То, что между властителями Саважа мир-дружба-жвачка, знает даже последний кот на кухне, это ни для кого не секрет.
Кстати, Маркиз, несмотря на свои преклонные лета, каждое утро появлялся на кухне и требовал сливок. По всей округе преобладали чёрно-белые кошки и коты, и с этим ничего нельзя было поделать. Впрочем, исключение было, и это был кот Алиеноры. Несколько лет назад она выпросила котёнка у господина Жиля — это была жуткая помесь его милости Котальдо и полосатой дворовой кошки. Кот был огромен — ростом с табуретку, как и папенька, голубоглаз, полосат, пугал по первости всех обитателей замка. И хвостом ходил за хозяйкой.