Да, примерно столько времени прошло с тех пор, как полиция утроила облаву в одном из чёрных районов и разгромила тайное логово одноглазой Варринды. Всего месяц понадобился властям города на то, чтобы рассмотреть её дело и вынести суровый приговор. И что бы Вягинцев в это время не делал, к кому бы не искал в своей прошлой жизни ключики и подходы, спасти свою старую подругу от надвигающейся казни у него так и не получилось!
Слишком тяжёлым было обвинение во связях с пиратскими кланами и слишком мало он, Стиллар сейчас имел веса в полиции, чтобы хоть как-то повлиять на суд. Тем более, что действовать приходилось тайно и аккуратно. Ведь как бы не была важна Варринда для него в прошлой жизни, позволить себе сейчас оказаться связанным с тем кто подозревается как пособник воздушных пиратов, Вягинцев не мог. А от того, чувствуя собственное бессилие, его ненависть к Эстоку Инкорскому вышла на совершенно новый уровень.
Ведь это он! Он был во всём виноват! Он лично захватил одноглазую, так и не дав Стиллару спасти её и каким-то образом сумел повесить на неё свои собственные преступления! Ведь в то, что его старая знакомая действительно торговала студентами Вистерции, он ни на секунду не верил, будучи непоколебимо уверен в её невиновности!
Да, одноглазая Варринла была не хорошим человеком, но она сама говорила ему, что ненавидит пиратов! Так как же она могла с ними сотрудничать⁈ Так что те преступления в которых её обвиняют непременно должны были быть делом рук Эстока, и то, что парень приехал в город практически одновременно с самим Стилларом, вовсе не заставляло его задуматься над тем, как он вообще мог всё это провернуть.
В его глазах Варринда была невиновна, а Инкорский являлся злодеем, врагом, которого следовало уничтожить и точка! К тому же для себя, он уже составил несколько вполне правдоподобных вариантов того, как Эсток мог курировать похищения людей даже ещё не прибыв в Вистерцию. Вот только… доказательств, которые можно было бы предъявить в защиту одноглазой у него не было.
Он ничего не смог найти в это время ни в сети ни во взломанных им базах данных, а для того чтобы сфальсифицировать улики так, чтобы они выглядели правдоподобными требовалось время. Которого становилось всё меньше и меньше!
Кто-то наверху, в руководстве города, отчаянно стремился поскорее избавиться от этого дела, а потому состоялся скорый суд который претворял сегодняшнее действо и была назначена дата казни. Стиллар попробовал конечно тайно подать прошение о трёхмесячном маратории, ведь тогда у него было бы достаточно времени, чтобы если не найти, то создать улики, которые докажут вину именно Эстока, после чего можно будет подать апелляцию и… но ему отказали и он сам чуть было не засветился.