Верю! Вот теперь верю, что это один из оставшихся в живых апостолов. До этого полагал, что тут просто стоит обычный моб, занятый контролем лифта. Ан нет, все же целый господин следил за входом в обитель женщин и он, что любопытно, нас ждал. Или это всего лишь трепыхание перед смертью? Мол, уже понятно, что весь прежний строй рухнул и остаётся лишь бежать. И куда он бежит?
Оставив своего провожатого внизу, взмыл вверх рывком. Затем ещё и ещё, контролируя направление. Последнее сокращение дистанции нагнало убегающего, когда тот хотел открыть массивную деревянную дверь. Я схватил апостола за плечи и раздробил ему верхние ключицы, то же самое мгновенно повторил и с двумя парами оставшихся. Много рук — много ключиц, неудобно, только вот позвоночник ему ломать было нельзя, мне нужно, чтобы тот мог ходить самостоятельно.
Разоружив его, поместил все найденные артефакты к себе в инвентарь, после чего бросил обезвреженное тело в направлении остановившейся в воздухе плиты.
— Нет, ты так просто не уйдешь, — пообещал я ему. — У меня есть к тебе вопросы, и я хочу получить их от тебя. — Несильным пинком сбросил апостола со стены обители, тот упал лицом прямо о камень. Даже до меня донёсся неприятный хруст. — Ну, или не от тебя. — Улыбнулся я произошедшему. Был язык, и нет языка.
Мой провожающий с опаской осматривал тело своего бывшего господина. Рабу, который к тому же родился рабом довольно трудно осознать, что хозяин мертв. И ещё сложнее понять, что он теперь свободен и может делать что угодно.
— Эц! Поднимайся! — крикнул я этому типу, активировав платформу. Та оказалась просто парящим артефактом. Опять же, накопители, много накопителей и все они питают одинаковые эффекты.
Я уже понял, что просто так с этого этажа уходить будет сущей глупостью. Я отсюда, блин, всё вынесу! Ну, или крайне многое. А ещё, если получится, то и статы доведу до тысячи процентов, чтобы в полной мере S — доступом владеть. Хотя бы стойкость, а то как сыч хожу с недокомплектом.
Пока провожающий поднимался я смог оценить убранство коридора. Когда гнался за апостолом, мне было совершенно не до этого, а вот теперь, не обратить внимания на интерьер просто невозможно.
Красиво, богато, будто тут сплошь принцессы томятся. М-да, не знай я истинную причину, предположил бы, что у них тут жёсткий матриархат. Как же, женщины с детьми наслаждаются роскошью, тогда как мужчины живут в нищете, так ещё и должны доказывать свою полезность иначе пойдут на корм божеству. На самом же деле, женщины не более чем такие же рабы апостолов, как и все остальные. Выше них только тот крутой моб, а это здание служит одной цели — держать порядок в том же тонусе через поколения.