Через пятнадцать минут Маринка, зам бухгалтерши, в дверь скребется и кофе заносит. На вид говно полное и на вкус тоже.
— Константин Викторович, там кстати люди в приемной сидят, — в дверях блеет. – Они к вам, наверное?
— А хуле сидят то они там? Пусть заходят.
Она глазами перепуганно лупает.
— По очереди к вам пригласить?
Я зубами скриплю. Бля-я. Реально весь офис на Тамаре держался. Надо срочно кого-то брать, иначе пизда заводу. .
— Кто первый подошел, того и первым заводи.
На нервяке кофе отхлебываю и морщусь. Харкнула, что ли, она туда. Что за вкус ебанный?
Дверь открывается и заходит ко мне очередное чучело. Я аж, сука, завыть готов. Чем думают они, когда в офис устраиваться приходят? Точно не башкой.
У телки этой весь периметр сплошной ред флаг, как Эмма это называет. Лохмы до жопы, шорты кожаные чуть педак прикрывают, каблуки стриптизерские и наколки на обеих ляхах. Я такого ядерного набора даже в порнухе не встречал.
— Здравствуйте! Я на собеседование, — в кресло приземляется и бумажки распечатанные передо мной аккуратно выкладывает.
И вот хуле с ней делать? По уму надо сразу на хуй послать, чтобы время не тратить. Лучше бы сам в водоканал поехал, а Эрика здесь оставил. Этот умеет интеллигентно отбривать. .
Эта чует, что молчу, оглядывается и пищит.
— У вас тут очень красиво.
— Ты короче не подходишь, — бумажки ей обратно толкаю. – Мне работать надо, а не втирать тебе за дресс-код.
На ней, блядь, столько ресниц, что я даже не понимаю, куда она смотрит.
— Вы даже мое резюме не посмотрели, — бубнит обиженно.
Я переносицу жму, потому что заводиться начинаю. Говорю же, не мое это – с леваками перетирать.
— Да уже похер вообще, что там у тебя в резюме. Мне секретарша для дела нужна, а не чтобы работягам члены поднимать. Все, дуй давай.
Эта сваливает вся красная и недовольная, и следом сразу дед лет шестидесяти с хером заходит. У меня, сука, нога под столом дергаться начинает. И как мне его просить кофе сварганить? «Отец, не в службу, а в дружбу?»
— Авдотьев Олег Павлович, — представляется, чем на меня сразу тоску нагоняет.
И сам он весь, сука, грустный: от галстука нафталинового до тапок, из которых носки торчат.
— Проработал двадцать лет в охране музея. Музей закрылся. Теперь вот ищу работу.
— А чего не в охране? — спрашиваю, потому что реально не догоняю, какого хера он ко мне приперся.
— Мало денег платят.
А чего, блядь, сразу не в Газпром топ менеджером? Там тоже зарплаты заебись.
— С компом работать умеешь? – спрашиваю, чтобы сразу его отбрить. .
— Умею немного.