Точнее, не меня, а компанию, но это уже частности.
В любом случае я получу ответ из разряда «я не понимаю, что ты такое несёшь». И такой человек, как Лазарев, не может этого не знать. Он слишком умён, чтобы строить свои действия на столь банальном вранье.
Или же нет?
Ну не верил я в то, что Лаврентьев мог поступить подобным образом. Но сейчас это не так уж и важно. Важно то, что я буду с этим делать. Отказаться и устроить скандал? Глупо ведь. При всей моей удаче вступать в конфронтацию с таким человеком, как Павел Лазарев, может быть не просто глупо, а банально опасно для жизни.
Тогда что? Не отказываться? Тоже не хочу. Я не настолько дурак, чтобы добровольно передать ему в руки верёвку, на которой он меня потом при желании сможет вздёрнуть.
А значит, у нас остаётся только один выход из сложившейся ситуации, который можно счесть приемлемым.
— Спасибо вам за эту возможность, — с максимальной искренностью, на какую был способен, сказал я, чем вызвал у него на лице улыбку.
— Ты согласен?
— Если возможно, я хотел бы подумать. Не привык с ходу принимать такие решения.
— Что же, — после пары секунд молчания кивнул он. — Здравое решение. Можешь подумать. Но попутно задумайся вот над чем, Александр. Чего ты хочешь от этой жизни? Спокойствия и уверенности в завтрашнем дне? Или же бесконечной гонки в попытке выбраться наверх? Я готов предоставить тебе шанс подняться. Возможно, подняться так высоко, что ты даже не сможешь этого представить. Но я понимаю, что это решение может быть непростым. Если хочешь подумать, то пожалуйста. Думаю, ещё неделя у тебя есть, так как списки на ближайшее заседание коллегии нужно подать до конца октября. Но не рекомендую размышлять слишком долго. Кто знает, как изменится ситуация в будущем.
Ага. А вот и затравка. Конечно же, Саша. Это твой выбор, Саша. Можешь думать столько, сколько хочешь. Но смотри, чтобы эта прекрасная возможность не утекла словно вода сквозь пальцы. Слишком явный намёк.
— Конечно, я понимаю. В конце недели я дам вам ответ.
На этом наш разговор закончился. Лазарев просто развернулся и покинул кабинет, оставив меня одного с листком в руке. С своим долбаным «золотым предложением» и чувством полного поражения в душе.
Этот ублюдок не просто похоронил мою работу. Он использовал моего клиента против меня.
Пальцы смяли лист в комок.
Нет. Если он думает, что я на это поведусь, то очень сильно ошибается. Очень и очень сильно.
Похоже, что пришла пора наконец разобраться со всеми недомолвками и секретами. С меня хватит.
Почему-то я ожидал, что, после того как уйдёт его отец, Роман вернётся в кабинет и будет объясняться. Или, что ещё хуже, извиняться. Слава богу, этого не произошло. На такое унижение от человека, к которому испытывал уважение, я не готов.