Порой Адовым выговаривали, что слышат ночью странные звуки. Конечно, не взрывы и пожары и на том спасибо. Но соседи нет-нет, да шептались о странных звуках, доносящихся из дома: тихие мяуканья порой звучали как человеческие голоса, и шорохи топотом множества ног и цоканьем кавалерии по мостовой, словно кто-то искал что-то в тёмных углах или сражался на поле боя.
Но Адовы настолько научились крепко спать за время проживания с Малым, ничего не замечая, что лишь пожимали плечами. А котик хранил тайну Сонной книги. Зато умнел не по дням, а после каждой истории, которую та рассказывала.
Однажды, в полнолуние, когда луна была особенно яркой, Демон решил продемонстрировать свою истинную природу хозяину и показать на что способен. Он собрал вокруг себя тени, которые, казалось, ожили. И показал Малому начал танец, завораживающий и пугающий одновременно.
— Театр теней! — зачарованно засмотрелся на них молодой хозяин, захлопал в ладоши и потребовал. — Давай ещё!
Привратник и выдал так, что сам не ожидал. В этот момент дом наполнился холодом, и воздух стал тяжёлым от предчувствия беды. А жители деревни, собравшиеся у окна Адовых вместе с Леонидом и Артуром Гедеоновичем с камерой наперевес, чтобы записать доказательства, не могли отвести взгляд от этого магического зрелища, осознавая, что стали свидетелями чего-то сверхъестественного.
Однако, не все были готовы принять эту тёмную сущность котика, и почти все разбежались. Лишь повидавшая на своём веку рысь-оборотень Маша стойко держала камеру, пока Армагеддоныч и кот-оборотень, остались, чтобы посмотреть, чем закончится и её поддержать.
— Отставим предрассудки! — комментировала съёмку Маша. — Но что же скрывается за загадочной маской подарка Сатаны сыну? Ну-ка, подсобите вы оба!
И Вернандский поднял ей камеру поближе, а Леонид встал так, чтобы залезла ему на шею для лучшего фокуса съёмки. И едва она сунула объектив камеры в окно, как их взгляды с Демоном встретились. В его глазах она увидела не только тьму, но и одиночество. А вместе с тем — тоску по пониманию.
— Ба, да он же тут ночью совсем один, потому и куролесит, — сразу всё поняла рысь-оборотень. — Слушай, Леонид, а давай его на ночь с собой брать.
— Как это?
— Ну, пусть днём здесь живёт, а ночью у нас.
— Но это же не наш кот.
— Коты не бывают чьи-то. Тебе ли не знать! — возмутилась давно законная супруга, рубанув аргументам так, что в семье снова наладились тёплый доверительные отношения.
И они стали брать Демона по ночам, прекрасно понимая его в человеческих обличиях и общаясь с ним в кошачьих личинах. А Армагеддоныч приходил к ним и засиживался долгими вечерами, чтобы просто послушать очередной рассказ Сонной книги, которую котик всегда прихватывал с собой.