Я так и замер с разинутым ртом. На меня — ноль внимания. Кругом — никого.
И что делать? Нет, выбор невелик: бей или беги, но бить или бежать?
Мне охотник на воров не сват и не брат, чтобы собственной шкурой рисковать, вот только без его помощи в приют не попасть. И — стылость! Повеяло пробирающим до самой души холодком, глазом моргнуть не успел, как улочку затянул белёсый туман. Куда ни кинь взгляд, всюду он. И — сгущается!
Убегу ли? Сумею ли вырваться?
Парочка лиходеев прижала Горана к мостовой, а он почему-то оказался неспособен расшвырять нападающих магией и лишь извивался, стремясь спихнуть усевшегося на грудь горожанина. Я подскочил к этому пузатому дядьке, зажал толстую шею в сгибе локтя и резко подался назад. Что-то незримое пребольно шибануло и откинуло прочь, но вцепился я крепко-накрепко и, прежде чем покатиться кубарем, утянул-таки мужика за собой, завалил на спину.
И сразу хлопнуло! Раз и другой!
Обхвативший ноги Горана человек с простреленным темечком уткнулся лицом в мостовую, его подельник словил пулю грудью и разом обмяк.
Готовы!
Из белёсой пелены тумана вырвался приблудный дух — его охотник на воров развеял небрежным взмахом левой руки. Вот только потусторонним веяло всё сильнее, и присутствие стылой неправильности понемногу даже начало сковывать движения. И — силуэт человека! Кто-то стоял у соседнего дома и пытался натравить на нас полчище вечно голодных теней!
Духолов или даже ловец душ!
От Горана присутствие тайнознатца не укрылось, но стрелять в него он не стал, вместо этого шустро вскочил на ноги, вскинул над головой руки и резко их опустил, будто бы рассёк незримым клинком само пространство. Повеяло влажным жаром, и одновременно в голове вспыхнули синие отблески — проявление чужой магии шибануло с такой силой, что едва не уселся обратно на задницу.
— Бежим! — коротко выдохнул охотник на воров. — Живо!
С чистого неба стеной ливанул дождь; горевшие огнём цвета индиго капли начали прошивать приблудных духов и размывать марево стылого тумана, но даже так его вал точно бы успел накрыть нас с головой, не припусти мы наутёк. На первом же перекрёстке свернули за угол и ещё поднажали, но обошлось без погони, а несущийся сломя голову на пару с босяком приличный господин — зрелище из ряда вон, поэтому вскоре Горан перешёл с бега на быстрый шаг.
— Это по вашим делам? — спросил я, худо-бедно отдышавшись.
Горан в ответ выругался:
— Чёртовы зарнисты!
— Кто⁈ — не понял я.
— Наши друзья из секты Кровавой зари! — зло бросил охотник на воров.
— Да какие ещё друзья⁈
— Те самые, которые наведались к Мокрому!