Отец выглядел уверенно. И расслабленно. Но я знал, что последнее было лишь обманом. Он прямо сейчас представлял огромную опасность для любого, кто решит приблизиться.
Глаза устремились в сторону противника, дыхание выровнялось. Помещение погрузилось в тишину ожидания, хотя я бы не услышал ничего, даже если бы в зале громыхали взрывы.
Я и сам затаил дыхание, чувствуя каждый миг перед тем, как один из них атакует первым.
И я волновался. Потому что напротив отца стоял сам Григорий Соколов.
Слышал, его начали звать Победоносным Соколом. И вид как раз подходил его прозвищу.
Высокий, статный, с точёными чертами лица и хищным взглядом, который…
━─━────༺༻────━─━
…Который угрожал смертельной опасностью.
Григорий понял мои намерения. Не знал причин, но мигом уловил угрозу и ответил тем же.
Между нами будто разряд пробежал. Воздух накалился, вызывая колебания магии.
Не сговариваясь, одновременно мы выпустили духовные ауры, которые столкнулись друг с другом и вызвали дикое давление в зале Совета. Анастасия поморщилась, у неё подкосились ноги, заставляя сесть на своё кресло. Остальные выдержали напор, но с трудом. Даже Виктор стиснул зубы от напряжения.
— Александр… — прорычал Григорий, смотря на меня исподлобья. — Я требую объяснений.
Я убрал руку с серебряного трона и шагнул вперёд.
Мои шаги эхом разлетались по помещению.
— Титул наследника — это хорошо. Но мне нужно больше. Ты ведь понял, что я стал куда сильнее. Намного сильнее. Сейчас между нами практически нет разницы в могуществе.
Григорий вздохнул, расширив ноздри. Желваки заходили под кожей, а морщина над бровью едва заметно дёрнулась.
— Ты смеешь…
— Да. Я бросаю тебе вызов.
— С… сукин сын… — проскулила Анастасия, морщась от головной боли.
Её тошнило, черепушку давило изнутри, а в висках начала откликаться мигрень.
— Брат! — воскликнул Стас. — Что ты…
— Помоги матери, — прервал я его, ловя на себе взгляды кузенов.
Они единственные ожидали моего поступка. Но даже долгое ожидание не сделало момент менее волнительным.
— И прежде, чем мы сойдёмся в битве, — продолжил я, обращаясь к Григорию, — предлагаю сломать родовое проклятье.
Григорий стоял неподвижно. Однако ему и не требовалось даже пальцем шевелить, чтобы представлять опасность.
Хватит одного мановения магии, чтобы снести тут всё к чёртовой матери.
— Значит, ты разузнал, как его снять… И почему же я должен это сделать? Сын.
Что ж, пришло время раскрыть карты.
Я выпустил из Источника мощный поток Тьмы и Хаоса. Моя аура в миг возросла, захватив большую часть зала.
И наконец-то на его роже отобразилось настоящее удивление.