Кокс прикинул в уме — ещё с полчаса этим галсом, который тянет их в пролив между Мальтой и Сицилией, а потом придётся перекладываться.
Вышло не полчаса, а почти час.
Ветер за это время успел и зайти в нос, и отвалиться, и вообще показать весь спектр своего неустойчивого характера. Шаланда шла, Кокс рулил, Граббс ворчал, Хиггинс путался в снастях, а колдунчики — эти жалкие клочки верёвок на стакселе и гроте — честно докладывали, как именно ветер издевается над их парусами. То они заполаскивали, и Кокс уваливался, то прилипали, и он добирал, словно пытался договориться с природой по-хорошему.
Наконец он не выдержал:
— К повороту!
Граббс и Хиггинс, не прекращая ругаться друг на друга с той теплотой, которая возможна только между людьми, зависимыми от одного каната, взялись за снасти.
— Поворот!
Стаксель-фал полетел с правого борта, Хиггинс перехватил свой фал на левом, шустро вытянул, накинул на лебёдку и защёлкал, крутя рукоятку и натягивая до звона.
Шаланда вздохнула, крякнула, но почти не потеряла хода и послушно легла на новый курс.
И вот теперь Мальта показалась вдали во всей красе.
Хиггинс уже было расслабился — и тут снова замер. Не так, как раньше. Короче. Резче.
Он обернулся через плечо, посмотрел назад и сказал:
— Вижу судно слева по корме.
10 июля 1940 года. Ионическое море между Сицилией, Италия, и Мальтой .
Граббс встал и тоже стал разглядывать горизонт в той же стороне — и даже не стал комментировать сразу. Потом он присвистнул — уже без всякого спокойствия:
— А это ещё что за хрен?
— Похоже на траулер или что-то не очень крупное. Идёт от Сицилии. И быстро идёт, сука.
Кокс прикинул расстояние. Миль пять, не больше. Дым из трубы стелился над морем — видно, траулер пёр, не жалея ни топлива, ни машин.
— Ну вот, — сказал Граббс грустно. — Только обрадовались, что Мальта близко, а тут, пожалуйста. Нахлебники проклятые.
Далее между ними развернулась активная дискуссия на тему, успеют или не успеют получить свой выигрыш в лотерею.
— Заткнулись оба про деньги, — просто и без злости сказал Кокс. — Ваш художественный свист мешает ветру работать.
Ветер за последние полчаса снова отошёл, и теперь он дул прямо в борт под прямым углом. Шаланда на галфинде делала семь, а то и восемь узлов. Но траулер… траулер, похоже, мог дать больше.
— Сколько ему до нас? — спросил Кокс.
— Сейчас миль пять. Он идёт узлов десять-двенадцать. Мы — семь-восемь. Разница — три-четыре узла.
— Это сколько по времени?
— Если ничего не случится, через час, час с небольшим он будет на дистанции выстрела.