— Ладно, отдыхай, — подмигнула мне Диарелла и ушла, прикрыв за собой дверь.
Я бросила взгляд на кровать Марты — она была заправлена. Сама девушка проводила выходные в городе, в отличие от меня. Улыбнувшись, я сняла шубку и повесила её на плечики, а магия подхватила их и перенесла в шкаф. Затем материализовалась моя Снежинка.
— Тебе передавала привет Ба. Спрашивает, когда ты навестишь её в Снежнограде.
Ох, я только недавно там гостила! Город был великолепен: благодаря северному сиянию все переливалось, искрилось, лучилось. Но венцом всей красоты был ледяной дворец — с виду хрупкий, словно созданный из тончайших льдинок, он также подсвечивался разноцветными стекляшками, из-за чего постоянно менял цвет.
— Передай ей, что на следующих выходных. Обязательно.
Снежинка, моя крестная, кивнула и растворилась. Зато на смену ей посередине комнаты открылся портал и оттуда вышел Ллайд. Мое сердце замерло. Прошел уже год, а я все еще не могу привыкнуть к тем искрящимся чувствам, что вызывает во мне его снежность. Как же сильно я его люблю!
— Привет, — улыбнулся муж и медленно подошел ко мне. Взяв мою руку, он поцеловал запястье. — Как вечеринка?
— Неплохо, — ответила я и вздохнула. — Хотя я ужасно соскучилась. Как жаль, что ты глава попечительского совета и не можешь присутствовать на студенческих вечеринках, только разгонять их.
Ллайд негромко рассмеялся и подхватил меня на руки. Я обняла любимого, чувствуя, как мы переходим порталом в Зимний дворец. Кстати, у академии сменился ректор — теперь это был молодой привлекательный мужчина, на которого положила глаз магистр Тайри. Ой, теперь она студентка Тайри, второкурсница. Она говорит, что чувствует притяжение, даже пыталась бросить в него искру на прошедшем Зимнем балу, но промахнулась.
Мы вышли в нашей спальне. Здесь был приглушенный свет, а у кровати стоял столик с фруктами и горящими свечами. Ллайд не отпустил меня, наоборот, прижал крепче. Я смотрела в глаза самого невероятного мужчины и понимала, насколько я счастлива. Невообразимо, невозможно, всецело. Счастлива!
— Я люблю тебя, — прошептал Ллайд, прежде чем наклониться к губам для поцелуя.
— И я тебя, — ответила со всей страстностью, — люблю.
Двести лет спустя
Над люлькой с малышкой кружились три крестных. Я даже улыбнулась, подумав, что они напоминают мне Флору, Фауну и Мэривезу*. Вот только феями были не они, а малышка, лежащая в кроватке. Она так сладко спала, что мое материнское сердце щемило от нежности. Моя дочка.
Аврора была нашим третьим ребенком и единственной девочкой. Двое старших сыновей уже стали взрослыми: Уайд перешел рубеж в сто пятьдесят лет, а Стайну недавно исполнилось семьдесят.