— Я бы хотела задать вам несколько вопросов. Где вам было бы удобнее поговорить?
— Вы завтракали? Я собираюсь как раз поесть, и вы можете составить мне компанию, если вас это не слишком смущает, — пожал плечами я. Панова задумчиво закусила губу, будто забыв, что выполняет роль сурового и официального лица.
— Хорошо, — согласилась она. — Почему бы и нет? Беседа носит скорее частный характер.
Интонация её изменилась:
— Для официального мы бы вас непременно вызвали по всей форме в удобное для нас место!
Глаза её сверкнули. Ну да, конечно. Покажи, кто здесь главный.
— Хм… — улыбнулся я.
— В соответствии с прошлогодним указом о положении Специальных Комиссий мы можем себе это позволить, ваше благородие. Даже с представителями аристократических семей, — добавил Хаиров, по-своему истолковав мою реакцию. Хотя, судя по выражению его лица, меня он к аристократии не относил. Ну да, я ведь ещё месяц назад был купеческим парнишкой с Урала.
— Ну тогда тем более хорошо, что неофициальный. Потому что когда я голоден, то не очень разговорчив, — терпеливо сказал я. — Идёмте.
Спокойно дойти до места мы не смогли. Томашовка будто стала живым существом и захотела показать членам имперской комиссии, что я здесь не лаптем щи хлебаю, а занимаюсь полезными делами. Сначала нам встретился Молотов.
— Ваше благородие, ваше благородие! — торопливо сказал он. — Ещё раз хотел сказать спасибо за мастерскую. Мы перевезли всё оборудование, спасибо вам ещё раз. Уже работаю! Уже делаю. Позвольте ещё одну просьбу?
Я остановился, всем видом показывая готовность выслушать. Да, я ведь за свой счёт поставил техноманту мастерскую. Просто потому, что он пришёл ко мне первым. Такое надо поощрять. Рыженькая оперуполномоченная покорно встала рядом, держа в руках увесистую папку.
— Вам не тяжело? Может, помочь? — предложил я. Александра вспыхнула, оглянулась и сунула документы в руки Хаирову. Ожгла его гневным взором. Потом оправила юбку.
— У меня знакомый хочет в Томашовку своё дело перевезти. Просил узнать условия, — продолжил Молотов.
— Что за дело? — терпеливо уточнил я. Есть очень хотелось, но вдруг что-то интересное.
— Прачечная, ваше благородие.
— Что, простите? — удивился я.
— Прачечная. Домик, электричество, десятка два стиральных машин. Ну, прачечная! — замахал руками Молотов. — Охотникам не в озере бултыхаться, например. Да и деревенским тоже. Не у всех же есть, сами понимаете. А грязной одежды, как понимаете, много. Покупать дорого, а…
— Ладно. В чём у него вопрос?
— Сможете ли построить ему прачечную? — бесхитростно поинтересовался Молотов.