Командующий навалился сверху и принялся душить, но я, схватив его за грудки, отодвинул его от себя на вытянутую руку, свободную ногу закинул за голову и оттолкнул от себя, высвобождаясь от захвата.
— Давай, старый! Есть же еще порох в пороховницах? — скидывая с себя разгрузку прокричал я, достав нож и перебрасывая его рукоять из руки в руку.
— Радуйся последним минутам своей жизни! — прорычал он и, достав свой тесак из сапога, кинулся на меня.
Схватка была не на жизнь, а на смерть. И стоит признать, в ней нет фаворитов, и я и мой противник не раз бывали в подобных сражениях. Так, что тут скорее главную роль сыграет случайность.
У
вернулся от очередного выпада, нож прошел в паре миллиметров от моей шеи, я контратаковал мощным ударом в печень, от чего командующий аж присел и охнул, но тут же выхватил пистолет из-за пазухи и несколько раз выстрелил в меня. Я перекатом ушел в сторону, но одна пуля вошла четко в плечо, давая преимущество моему сопернику. Отстреляв магазин Афанасич опять ринулся на меня, желая вонзить в мою грудь лезвие своего кинжала, но я одной рукой поставил перед собой блок, но он мало чем мне помог, так как соперник вонзил кинжал прямо в раскрытую ладонь и начал давить на рукоять кинжала всем весом, при этом на его лице появилась ликующая улыбка.
— Хрен тебе, старая перечница! — прорычал я сквозь боль вырываясь из захвата.
Я хотел перекинуть Афанасича через себя, но все пошло немного не по плану, этот старый хрыч успел вывернуться, нож при этом со звоном упал на пол, а он, оказавшись за моей спиной, взял меня на удушающий захват. Я приподнял его и начал со всей силы бить соперника спиной о стену, но получалось слабо, и вот, сделав несколько шагов вперед, весь краснея от удушения, я рванул спиной в сторону стены но влетел в окно, раздался звон бьющегося стекла, и мы полетели вниз, прямо на выложенную бетонной плиткой площадку.
Афанасичу сильно досталось, и он расслабил захват, позволяя мне вырваться. Я тут же перекатом ушел в сторону и начал жадно хватать воздух ртом издавая при этом характерные хипы.
— Макс, ты как? — выкрикнул один из бойцов взяв старика на мушку.
— Нормально, на мягкое упал. — ответил я и добавил. — Никому не встревать, это наши разборки!
Через пару минут Афанасич пришел в себя и поднялся на ноги.
— Продолжим? — спросил у него я.
— Ага, как же. — ответил он глядя на моих людей.
— Если победишь, они тебя отпустят, слово даю! Все слышали? — прокричал я.
— Да командир! Как скажешь! — ответили мои люди.
— Ну тогда давай. — кивнул Афанасич.
Я взял еще два ножа и один со всей силой швырнул в оппонента, тот эффектно поймал нож на лету прямо за рукоять, чем меня даже впечатлил, и битва закрутилась каруселью.