— Похож, — кивнула женщина со всей серьезностью.
— Хорошо, дурному учить не буду, — сдался Рябой.
— Ну и отлично, оставляю тебя с ними до Радужной ночи, — произнесла с ухмылкой и пошла спешно прочь.
— Эй, я что с ними один останусь⁈ — Крикнул Макс в след, не ожидавший такого поворота.
— Почему же? Воины третьего круга тебе в помощь, — рассмеялась Пятнадцатая, указывая на охранников землянина, которых всё больше раздражало, что его пускают погулять за территорию дворца вопреки приговору. Надо бы пожаловаться на произвол, но с Пятнадцатой ссориться простые воины не хотели, поэтому молчали в тряпочку.
Землянин обернулся к строю. И осознал, что теперь здесь только он и эти пигалицы, что смотрели на него, будто голодные сомалийские дети. Кстати, три воительницы с краю тоже смотрели похожим образом.
В прошлый раз, пребывая под впечатлением, Макс не всматривался в каждую по отдельности. Теперь же он мог рассмотреть всех учениц на полных правах учителя.
Несмотря на всеобщую загорелость и спортивную фигуру с минимумом жира, все они были абсолютно разные. Пусть не накрашены, не красиво или подчёркнуто одеты, но среди тридцати девиц можно было отыскать любой типаж, что встречался в его жизни на Земле. Тут была и блондинка, очень похожая на девочку, которую он любил безответно в школе. И страдал… страдал… страдал… И пара девочек, напоминающих первых красавиц его района, за одну из которых знакомый парнишка покалечил кого — то и сел на три года. И шатенка — вылитая коллега из полицейского управления, за которой бегала вся холостяцкая половина отдела. Среди учениц можно было сыскать топовых актрис Голливуда, певиц и даже именитых спортсменок.
Им бы всем уверенности в глазах. Видимо, не ведают, как хороши.
Оглядев строй и выдержав небольшую паузу, Макс решил больше не тянуть кота за яйца. До Радужного дня было часа три навскидку. И это время он должен был их чем — то занять. Он состроил в голове примерный план занятий, взяв за основу обычный тренировочный день греко — римских борцов.
— Так! Начнём с разминки! — Объявил Макс и только сейчас заметил отсутствие девочки, с которой он дрался. — Девчат, а где Селеста?
Землянин переживал за то, что мог навредить бедняжке. Кадеты захлопали глазами, не решаясь открыть рты. К такому демократическому обращению в массы они не привыкли.
— С ней всё в порядке, что молчите, как немые? — Рассердился землянин.
— Наказана она, — пронеслось неуверенное по строю.
— За что⁈
— Мастер Максим, делай своё дело, — вмешалась блондинка из состава воинов. — Им такое говорить не велено.