— Не подшучивай над женихом при Такеши-саме, — озабоченно хмурясь, наставляла ее Ханами. – Все же завтра он станет твоим мужем.
— А я и никогда не подшучивала, — Хоши наивно захлопала ресницами, но судя по смешку тетушки, та в ее притворство не поверила ни чуть.
В один из нескольких раз, что Хоши виделась со своим женихом, она вызвала его на поединок (потому что услышала от кого-то в Камакуре, что ее мать вызвала так отца, и думала, что это достойная традиция), и побила, чем безумно гордилась и о чем постоянно напоминала несчастному Санэтомо-куну, которому и так пришлось столкнуться с недовольством отца. И вдобавок ко всему свидетелем того поединка стал Такеши, так что мальчишка еще и опозорился перед тем, кого безумно и слепо почитал.
— Идем, — Ханами набросила ей на плечи тяжелый плащ и подтолкнула в сторону дверей. – Я причешу тебя и помогу одеться.
Тетушка действовала споро и аккуратно, вплетая в прическу племянницы ленты и украшения; она завязала оби красивым узлом и разгладила каждую складочку на кимоно.
Хоши вздохнула и уже в который раз крепко закусила изнутри щеку.
— Мне сказали, ты велела приготовить комнату Томоэ? – в интонации Ханами прятался непроизнесенный вслух вопрос.
— Она приедет! – Хоши тряхнула волосами и упрямо поджала губы. – Она обещала.
— Не шевелись, растреплешь же прическу! – недовольно произнесла тетушка. Она покачала головой, но не стала ничего говорить о Томоэ. Если ее племянница так хочет в это верить…
— Матушка! – звонкий голос Сарады раздался еще из коридора, и уже спустя мгновение запыхавшаяся девочка влетела в комнату. – Нобоу-нии-сан сказал, что отец и Такеши-сама достигнут поместья через четверть часа!
— Сарада, совсем необязательно носиться по коридорам и так кричать, — Ханами строго поглядела на дочь. – Ты же знаешь, что в этом крыле дома нельзя громко разговаривать.
Замерев в дверях, девочка недовольно насупилась и шмыгнула носом, и Хоши подмигнула ей, убедившись, что тетушка их не увидит.
— Ну что ж, — Ханами придирчиво оглядела племянницу со всех сторон, в последний раз провела рукой по ее прическе, поправила невидимые складки на кимоно. – Ты красавица, Хоши.
— Все твоими стараниями, тетушка, — Хоши сверкнула озорным взглядом. – Спасибо тебе!
— Но характер все портит, — Ханами покачала головой.
К моменту, когда через главные ворота поместья проехала длинная колона всадников – отряды Минамото и Асакура, – Хоши уже стояла на крыльце и за расслабленной улыбкой пыталась безуспешно скрыть охватившие ее вдруг волнение и трепет.
Она чувствовала за своей спиной присутствие Ханами, и это ее успокаивало. По крайней мере, она была не одна. Как глупо! Ведь очень скоро она в одиночестве отправится в клан Асакура, так отчего она нервничает сейчас?