Пролог
— Барыня тонет! — визжала дворовая девка, мечась по тонкому льду в красном сарафане, словно огонек. — Барыня тонет!
В глазах купеческой дочери стоял ужас.
Ее расписные сани медленно уходили под треснувший лед озера. Они проседали, неумолимо погружаясь в прозрачную ледяную воду.
На крик сбегались неповоротливые в своих шубах рыбаки, побросав снасти и замёрзшую рыбу.
Они с недоумением смотрели на дорогие сани и рвущегося коня, уже охрипшего от ужаса. Но подойти ближе рыбаки боялись. Затащит под лед, и поминай, как звали!
— Да кто ж тебя на лед понес! — кричали рыбаки заиндевелому конюху в овечьем тулупе. На его бороде и бровях был иней. Дыхание вырывалось паром, когда он отстегивал коня.
— Вот остолоп! Лед еще не окреп! А ты коня погнал, дурья твоя голова!
— Что там? — спрашивали только — только подбежавшие рыбаки с другого берега. Близко они не подошли. Боязно! Никто не отваживался выйти на середину озера.
Кто-то из рыбаков признал и сани, и девку в роскошных мехах, которую придавило сундуком.
— Купеческая дочка на свадьбу ехала! Да как на озеро выехали, так лед под санями и не выдержал приданого! — кричали рыбаки друг другу. — Теперь тонет! С санями вместе!
— А енто кто мечется? — переглядывались рыбаки, глядя на красный сарафан и куцую козлиную душегрею.
— Так-то ее девка дворовая. Марыська! — приглядывались зеваки. — А кто хоть просватал — то?
— А нам почем знать! Мы в купцовые дела не лезем! — галдели рыбаки. — Наше дело малое! Глядите! Глядите!
Лед расходился трещинами. Полозья уже были почти на половину в воде.
— Барыня, барыня! Давайте руку! — причитала Марыська, размешивая снежную кашу ногами. — Вылезайте! Кто-нибудь! Помогите! Барыня тонет! Барыня тонет!
Под ее ногами расползалась огромная трещина, тут же наполняясь ледяной водой.
— Не могу, — шептала невеста, судорожно цепляясь руками за Марыську. — Шуба намокла и не пускает! Встать не могу! Тяжко… Еще и сундуком придавило!
— Брось ее, дуреха! Сейчас с ней вместе под лед провалишься! — крикнул кто-то из рыбаков. — Бросай, барыню! Сани-то вот-вот потонут!
— Ну, помогите, чего встали! — визжала дворовая девка, пытаясь вытащить укутанную в дорогие меха невесту. Лед под ногами хрустел, а она сама чуть не оказалась в хрустальной ледяной воде.
— А нам че? Жить надоело? У самих семеро по лавкам сидят! Кто их кормить будет? — переглянулись рыбаки, забывая про свой улов. — Гляди! Гляди! Шубы ее собольи намокли, вот и выбраться не может! Отец-то вон как нарядил!