Осколок просветления (Х67)
Ярость взвилась новым потоком, подпитываясь осознанием своего скорого конца. А затем ларец душ опустел, вливая в меня вообще все, что в нем оставалось. Сотня кристаллов казалась мне запасом, которого хватит на любой бой? Я ошибался. Но был благодарен себе прошлому, что догадался вложить туда так много осколков, больше чем капель, предвидя этот самый момент.
На мгновение думать стало легче. А потом вся мощь осколков рухнула в обе мои стихии, запуская их процесс улучшения. Даруя звуку и пожиранию мощь, что могла бы нанести и даже моему текущему телу неприятные травмы. Но сейчас вся ярость этих концептов, словно понимающих, что у них появился конкурент, обрушилась на эту шипастую пакость, уже захватившую несколько звезд.
Правое шестое ребро, позвонок и сердце, вместе с сердечным узлом. Именно они и стали полем битвы, в котором даже закаленная сверх всякой меры плоть, казавшаяся мне самому чуть ли уже не бессмертной, горела и плавилась, на стыке двух бушующих сил. Трех. Вот только хватит ли этого?
В глазах начало меркнуть. Руки немели. Сердце все также не билось. Но просветление продолжало удерживать меня в сознании, позволяя направлять процесс. Вот позвоночный столб вспыхивает потоком моих стихий, что в бешенстве несутся вверх и вниз, к шестому грудному позвонку, бешено набрасываясь на зараженную, и словно бы надтреснутую звезду, что вот-вот готова то ли померкнуть, то ли взорваться. Силы неравны. Все равно как пластиковой ложкой пытаться проковырять бетон. Но я вливаю и вливаю в себя силу. Разжигаю в себе ярость. И будь у меня в ларце кровавые осколки, я бы поглотил и их, кидая в топку все.
Секунды три все находилось в равновесии. В мучительной неопределенности, которая работала против меня. Ведь если не запустить сердце вновь, долго я не вытяну на одном просветлении. А потом, прямо ощущая, как моя ярость физически продавливает и обламывает чужие копья, я смог одержать первую победу. Отвоевать узел в позвоночнике.
Звезда (качество: среднее)
И пускай ее качество упало с превосходного до среднего, это показалось мне самой желанной победой в жизни. После которой звук и пожирание бросились дальше, и я растворился в них, превращаясь в поток вибраций и острые челюсти, жрущие все на своем пути.
— кхе! — Сколько прошло секунд, перед тем как я смог встать, я не знал. Но вряд ли много, учитывая, как быстро все происходит под просветлением. Бум! Бум-бум! Сердце сделало натужные удары, отзываясь дикой болью от каждого сокращения, отчего в глазах одновременно и потемнело и прояснилось. Но эта боль говорила: ты еще жив… Пускай и в ужасном состоянии…