— Обещаю, — от того тепла, каким светились глаза Винсена, я оттаивала изнутри. Все, что произошло за последние недели, словно подернулось дымкой. Нет, оно не пропало, но теперь я смотрела на события словно через тонкую занавеску и все ужасы произошли будто не со мной.
— Вот и хорошо. А теперь… я намерен выполнить обещание, данное тебе у озера.
— Прямо сейчас? — словно мы не обсуждали этого в купальнях с женщинами семьи, я стушевалась, засмущалась.
— Конечно, — светлая бровь принца поползла вверх. В глазах плясали смешинки, губы подрагивали, но Винсен старался выглядеть серьезным изо всех сил. — Я же Рыцарь Веры. Мне нужно держать слово. Иначе могут быть неотвратимые последствия.
— Угрожаете, господин рыцарь? — в голосе неожиданно появились игривые нотки.
— Что вы, моя госпожа, — в том же тоне откликнулся Винсен. — Предупреждаю. Не более того. И раз мы с вами не хотим подобных проблем… я настоятельно рекомендую заняться подвешенным вопросом. Можно сказать, он встал между нами уже почти в полный рост. И это только от одного вашего вида.
Я опустила глаза на штаны принца, и хихикнула, прикрыв ладонью рот. Винсен не врал, тема и правда была уже поднята.
— Тогда у нас нет вариантов, — вздохнув с притворной обреченностью, я шагнула к своему великолепному паладину. Рыцарь Веры, принц правящей династии, Трианонский лорд, и просто великолепный образчик мужчины. Все это в одном флаконе, и если я правильно поняла своих новых сестер, все только для меня. Для меня одной.
— Никаких вариантов, моя принцесса, — обнимая меня, кивнул Винсен и поцеловал. Только теперь я поняла, насколько он сдерживался тогда у озера. И насколько он был прав.
Искры огня расходились по телу откуда-то из низа живота, и в то же время, волнами пробегали по коже там, где ее касался Винсен. Мужские руки скользили по телу, словно им требовалось коснуться каждой частички меня, узнать каждую родинку и каждый шрам, оставленный на коже. Нежно, с таким непередаваемым терпением и трепетом, будто у нас было все время этого мира.
Куда-то подевалась одежда, но я не заметила прохлады, упоенно наслаждаясь касаниями мужчины. Его губы были везде. Запечатлели поцелуй на лодыжке, где был небольшой шрам из детства, скользнули по ноге верх, остановившись обжигающей точкой на колене. Пальцы мягко ласкали чувствительную кожу на задней поверхности ноги, не давая забрать несчастную, безвольную конечность.
— Не зажимайся. Мы тут одни и можно все, — бормотал принц куда-то мне в живот, когда его ладони скользнули к груди. — Можно расслабиться, довериться. Можно наслаждаться. И даже стонать.