— Я не из-за тренировки. Возможно… — голос дворецкого дрогнул, — её придётся отменить.
— Что произошло? Что-то с наставником Фарксом? — с удивлением озвучил я первое, что пришло в голову.
Этот жилистый мужик, который внешностью и на сорок не тянет, был полон сил и энергии в последнюю нашу встречу…
— Нет, его благородие в полном здравии, хотя… Думаю, ваш дед отзовёт его для консультаций.
Дед? При чём тут он?..
Старика Золотарёва, чья родовая сила магии была основана на превращении металла в золото, правда только на время, из-за чего в народе их знали как «Стыривших золото», я давно не видел. Говорят, даже имперский род пострадал от них в давние времена, за что тогдашний самодержец слегка обиделся на предка рода и вписал в отместку их фамилию с ошибкой в родовую книгу дворян. Но ошибка превратилась в фишку, и любители тырить золото, спасибо бардам на Руси, лишь обрели новую славу.
Много позже враги рода и злые языки придумали называть очистителей выгребных ям золотарями, да только не прижилось подобное язвительное оскорбление, а предки мои по матушкиной линии решили вопрос с фантазёрами радикально. Сейчас где-то по империи бегают наследники обедневшего рода Говночистовых. Правда, все как один отказались от своей фамилии, но сути это не меняет. Если решат вернуть себе статус дворян, то придётся нести из пыльных архивов документы с именно этой фамилией.
Дед, помимо титула местного графа, имел большую власть в том регионе, где он жил, и довольно боевитую гвардию, сражающуюся с монстрами, вылезающими то тут, то там. Его я за всю жизнь не больше пяти раз видел, и последний был на моё шестнадцатилетие. Давно это было. Что-то он с моей матушкой не поделил, потому не особо они горели желанием видеть друг друга.
В тот последний раз дед вместе с отцом тайно навестили меня и сделали очередной «подарок» — десятки лекарств с разных уголков земли, которые мне пришлось долго и упорно поглощать, лишь бы в последний раз попытать счастья исцелиться. И чего там только не было… А уж когда до меня дошли слухи о стоимости этой гадости…
Я уж надеялся, что они оба свыкнутся с той мыслью, что я — магический инвалид, и перестанут пытать меня этой индийской и китайской гадостью. Но нет! Упорства им было не занимать. А уж когда я физически преобразился после этой горькой гадости и стал выдавать в свои шестнадцать лет показатели рядовых бойцов из элитных корпусов воителей…
— Подробностей не будет? Михаил Афанасьевич, на вас лица нет, — подметил его непривычно тревожное выражение лица.
— Новости вы, видимо, не открывали… — покачал он головой.