Джентри взял в руки чистый листок бумаги, несколько секунд молча смотрел на него. Скривился, скомкал и швырнул в мусорную корзину. Чушь!!! Он собирается писать сплошную чушь. Бред, ложь, призванную подтвердить уже ложь, объявленную во всеуслышание. И это было самым отвратительным. Джентри чувствовал себя беспомощным и никчёмным. Лжецом, самым мерзким человеком, предавшим тех, кого он поклялся защищать. Свой народ. Дьявол, да скоро он сам заговорит, как Невидимка!
Джентри слово в слово помнил весь разговор с комиссаром полиции так, словно его мозг записал их беседу на спрятанный внутри черепной коробки новомодный диск грампластинки. Комиссар примчался к месту крушения Королевы Виктории спустя полчаса после того, как маленький «Ветрогон» высадил Джентри на относительно безопасном расстоянии от эпицентра бушующего пожара.
Горело восточное крыло университета, основательно разрушенное упавшей с небес громадой. Усилившийся дождь не давал огню распространятся дальше. Оперативно прибывшие пожарные расчёты уже начинали работу. Облачённые в брезентовые робы и защитные каски бойцы сноровисто растягивали рукава, подключали помпы, запитывались от расположенной возле здания университета водяной станции, готовили багры и топоры. На университетской площади столпилась уйма народу, как из покинувших здание храма науки, так и посторонних. Пронзительно завывая сиренами, к месту катастрофы неслись паромашины скорой помощи, сломя голову сбегались полицейские. Ещё большего числа жертв удалось избежать по той простой причине, что значительные силы были сосредоточены в данном районе. От Невидимки вправе были ожидать подобной выходки. И поэтому важные шишки заранее озаботились о своевременном оказании помощи пострадавшим, возникни в том необходимость. Слишком уж тщательно озаботились. Подозрительно дальновидно. Непривычно вовремя.
Разумеется, Джейсона просто не пустили, равно как и других на территорию горевшего университета. Только пожарные, спасатели и медики. Констебли установили непроницаемый кордон вокруг места трагедии, разогнали напирающих гражданских. Джентри мог бы воспользоваться служебным положением, но вовремя остыл. От него там толку будет немного. Он только станет мешаться под ногами. Поэтому старший инспектор стоял в отдалении, озаряемый отблесками взметающихся из руин языков пламени, на фоне клубящегося удушливого жирного дыма. Стоял и просто молча смотрел. Запоминая каждый момент, каждую минуту. Он впитывал в себя увиденное, как губка воду. Он должен запомнить абсолютно всё. Ничто не должно ускользнуть от его глаз. Конечно, потом эксперты проведут все необходимые исследования. Но место преступления будет уже безнадёжно затоптано сотнями ног. Почему преступления? Да потому, что по-другому назвать случившуюся трагедию Джентри не мог. Вот только преступников, главных виновников здесь не было. Они были в недосягаемости. А среди останков погибших пассажиров дирижабля догорал труп человека, которого считали самым страшным убийцей последнего времени…