Ухмыляющийся гном, тут выставив перед собой раскрытые ладони шутливо попятился от своей деланно возмущенной женушки и подхватив под мышку бочонок с пивом, и свою деревянную кружку нарочито волоча ногами по полу поплелся на выход согнувшись и опираясь при этом правой рукой о поясницу изображая старого деда.
— Ну хватит уже изображать развалину. — Воскликнула супружница. — И попробуй мне только закури в комнате. Еще не хватало мне дымом ночью дышать. В прихожую иди!
(Разговор который никто не слышал)
— … Ты вправду считаешь, что этого будет достаточно?
— Вполне. Это вполне обеспеченная семья, к тому же они не станут болтать лишнего.
— Как знаешь, но все же как-то неправильно отдавать ее в чужие руки.
— Давай не будем начинать все сначала! Ты же прекрасно понимаешь, что я не смогу объявить об этом в своей семье. Меня просто не поймут. И как ты думаешь, сколько времени понадобится твоим сородичам, чтобы обломать тебе крылья, когда они узнают, что ты связался со мной⁈
— Ладно, ладно я все понял. Но может все-таки хотя бы намекнуть о нас?
— Этого кулона и цепочки будет достаточно. Там быстро разберутся, что изображено и, что это значит. Так что не волнуйся.
— Хотя бы имя!
— Имя⁈ Знаешь, пожалуй, ты прав. Пусть будет имя. Хотя бы будем знать на кого обратить внимание впоследствии…
Все так же шаркая ногами по полу Айван прошел в прихожую и притулившись на табурет возле одной из стен налил себе кружку пива и поставил ее на бочонок, который принес собою. Потом не торопясь достал из кармана штанов вересковую трубку, выколотил ее о край бочонка и набив ароматным табаком прикурил, щелкнув небольшой квадратной зажигалкой с изображением какого-то раскидистого дерева на одной из ее стенок. Делая то глоток пива из кружки, то очередную затяжку он просидел добрых пять минут, когда чудовищной силы удар во входную дверь, отчего та даже слегка выгнулась во внутрь, не смотря на то что была собрана из толстых дубовых досок и была способна выдержать, как предполагалось что угодно, подбросил его со своего места заставив откинуть в сторону кружку.
Подскочив, гном на мгновение замер размышляя, что будет дальше, и в этот момент раздался срежет. Звук был настолько сильным и противным, что пробирал до самых печенок. К тому же он раздавался буквально за дверью, ведущей во двор и похоже кто-то находящийся там испытывал терпение Айвана разрывая когтями, или чем-то подобным именно полотно входной двери. Это уже выходило за рамки приличий или случайного порыва ветра, и было скорее похоже на нападение. Тут уж гном был в своей стихии. В его руках тут же оказались два меча, сорванных со стены и он, издав грозный рык бросился ко входной двери, предвкушая скорую драку.