— Я все же надеялся, Владимир Владимирович, что все обойдется, — произнес Сергей Лавров. — И вот теперь компромисс невозможен, Третья Мировая война неизбежна, и мы идем к ней гигантскими шагами.
— Война — да не та, которую вы имеете в виду, Сергей Викторович, — вместо Президента ответил Шойгу. — В Пентагоне генералы с ума еще не посходили. Вспомните, на кого американцы нападали в одиночку? Сто двадцать лет назад — на чрезвычайно одряхлевшую Испанию, пятьдесят лет назад — на Северный Вьетнам, да сорок лет назад — на малюсенькую Гренаду. В коалиции, всем составом НАТО, они атаковали Корею, Афганистан, Сирию, Ливию, Сербию и Ирак. Для атаки России американцам пришлось бы собрать под свои знамена весь мир, включая Китай, но такой кунштюк сейчас физически невозможен. Об этом мы с вами в прошлый раз тоже говорили…
— В ситуации, когда оппоненты в принципе недоговороспособны, дипломатия утрачивает свое значение, — веско произнес Президент. — Поглядите внимательно, с кем на коллективном Западе можно было бы вести переговоры и рассчитывать на то, что достигнутые договоренности будут исполнены?
Некоторое время министр иностранных дел напряженно молчал, потом, будто перебарывая себя, выдавил: «Ни с кем!» — и стал вставать со своего места.
— Сидите, Сергей Викторович, — неожиданно мягко произнес Президент. — Кроме коллективного Запада, есть Восток: Ближний, Средний и Дальний, есть Индия и Индокитай, есть Африка и Латинская Америка, где у вас большой авторитет и кредит доверия, и где недееспособность западных партнеров также стала притчей во языцех. Сегодня британцы, янки или французы заключают соглашения, а завтра разрывают их без предупреждения, потому что они, видите ли, передумали. Больше всего достается России, но каждая страна ставит себя на наше место, вспоминает колониальное прошлое, и таким образом выбирает сторону в борьбе. В незападных странах, конечно, тоже есть свои ухари, с которыми ухо надо держать востро, но дипломатия как политический инструмент на этих направлениях вполне дееспособна. Сейчас мы выступили против гегемона, забили ногами почти до смерти его боевую свинку, выстояли под натиском супер-пупер-санкций, чем показали, что коллективный Запад не всесилен — пора переходить в дипломатическое наступление и перевязывать разорванные связи в свою пользу. К сожалению, не каждый наш дипломат готов прямо сейчас променять Париж, Берлин или Вену на Джакарту, Пекин или Куала-Лумпур. Но на эту тему мы с вами поговорим позже и в более узком составе, а сейчас вернемся к чисто военным вопросам…