— Меня похи… — это было всё, что она успела сказать, прежде чем тяжёлый удар в лицо послал её в нокдаун. Она уже не почувствовала, как с уха у неё сорвали мобилку, и плохо осознавала, как её вытаскивали из машины.
— Что там такое? — раздался голос главного.
— Эта сучка попыталась со своими связаться, — ответил ей один из тех, что держал Киру.
— А ты где был?
— Да она ничего не успела, шеф, — начал оправдываться тот. — Я отобрал мобилку.
— Раздави её на всякий случай, — приказал шеф, добавив со злостью: — Где там Умила бродит?
— Я здесь, — отозвался женский голос. — Привезли её?
Кира подняла голову. В глазах двоилось, но она сумела рассмотреть нового персонажа — женщину лет тридцати с капризным выражением лица.
— Где ты ходишь? — со злостью спросил главный. — Она чуть со своими не связалась.
— Я уже здесь, — холодно ответила та. По тону было видно, что шефа она совершенно не боится. — Что тебе нужно от меня?
— Посмотри, что у неё ещё из артефактов есть, — попросил командир, резко сбавив тон.
Умила окинула Киру внимательным взглядом.
— Браслетик на левой руке — это тоже мобилки. Больше артефактов на ней нет.
Браслет немедленно сорвали и тщательно растоптали.
Главный подошёл к Кире и взяв её за подбородок, сказал, глядя ей прямо в глаза.
— Скоро сюда приедет один человек. Он будет тебя спрашивать, а ты расскажешь ему всё, что он захочет узнать. Я тебе советую рассказать по-хорошему. Если ты не будешь сотрудничать, я сначала отдам тебя своим парням, а потом тебя будут резать по кусочкам. Я не извращенец и не люблю уродовать женщин, но у меня есть те, кто будет это делать с удовольствием. Избавь себя от лишней боли, а нас — от лишней траты времени. — Он некоторое время смотрел ей в глаза, оценивая, насколько она напугана, а затем сухо приказал: — В подвал её.
Киру поволокли вниз по лестнице. По дороге один из конвоиров ухватил её за зад и крепко сжал, а потом помял грудь.
— А она очень даже ничего, — заявил он второму. — Может, оприходуем её по-быстрому?
— Командир тебя потом самого в жопу оприходует, придурок, — отозвался тот. — Ты у нас недавно, так что лучше сразу запомни, что он не любит слишком шустрых. У нас такие плохо выживают. Делай что прикажут и поменьше разевай рот — это тебе мой совет, и я его повторять не буду.
— Да я так, — стушевался первый. — Нельзя так нельзя.
— Будет у тебя потом такая возможность, не плачь, — смягчился второй.
Киру закинули в совершенно пустую подвальную комнату с бетонным полом и неоштукатуренными бетонными стенами. Лязгнула дверь, со скрежетом повернулся ключ, и замок с громким щелчком закрылся. Кира села прямо на пол, обняв колени, и беззвучно заплакала.