Я задумался. О чём бы её спросить? Не так уж часто она выражает готовность отвечать на мои вопросы, хотелось бы использовать такую возможность по максимуму.
— Я хотел бы поговорить о Высших, — наконец решил я. — Их положение в княжестве, и какую роль они вообще играют. Кто они для княжества, и что княжество для них?
— Не совсем подходит под тематику наших занятий, не находишь? — искоса посмотрела на меня Стефа.
— Да, это скорее политика, — согласился я, — но всё же вопрос связанный, и он в последнее время начал меня сильно занимать.
— Высшие, говоришь, — вздохнула Стефа. — Не люблю я это слово. Пафосное оно какое-то. Слишком пафосное, и совсем не отвечающее реалиям.
Я молчал, вопросительно глядя на неё.
— Это название подразумевает, что это вершина, но на самом деле мы не настолько сильны, просто прикидываемся такими для публики. С одной стороны, я понимаю, что в этом есть свои резоны, но с другой стороны, когда люди рано или поздно поймут, что мы не так сильны, как из себя изображаем, маятник качнётся в другую сторону. Нас будут считать слабее, чем мы есть, и нам придётся пролить немало крови, чтобы доказать, что это не так. Не говоря уже о том, что даже такая мелкая ложь неизбежно оставляет отпечаток на душе и затрудняет дальнейший путь.
— У меня не создалось впечатления, что Высшие так уж слабы, — осторожно возразил я.
— Ты судишь по своей матери, — усмехнулась Стефа. — Мила очень сильна, просто чудовищно сильна. Вполне возможно, что она не слабее деда. Хотя от неё этого никто не ожидал — до изгнания она ничего подобного не показывала. Она была способной, конечно, но ничего особо выдающегося.
Я-то могу предположить, в чём тут дело — наверняка, когда Сила помещала мою душу в плод, мать это тоже затронуло. Во всяком случае, это выглядит наиболее вероятным объяснением. Всё-таки будущая мать и её ещё неродившийся ребёнок очень тесно связаны и не могут не влиять друг на друга.
— Понимаешь, о Высших судят по таким монстрам, как Кеннер Ренский и Милослава Арди, а мы просто прячемся в их тени. Можешь мне поверить, среди нас не найдётся никого, кто захотел бы сразиться с твоей матерью. Даже вдвоём–втроём. Нет, не подумай, что мы совсем уж слабаки… переход на десятый ранг — это в самом деле очень большой скачок. Просто наш образ в глазах публики сильно расходится с действительностью. И мне это не нравится.
— Не буду спрашивать о твоей силе, но что ты скажешь, например, про Алину Тирину и Драгану Ивлич?
— Они как раз сильны, — ответила Стефа после небольшого раздумья. — Мы, конечно, никогда не раскрываем свою силу, но можно уверенно сказать, что они заметно выше среднего уровня. И они продолжают развиваться. Я думаю, что их как раз вполне можно назвать Высшими.