Теперь моё недоверие сменяется твёрдой уверенностью в своей правоте:
— Сорокин, — стучу себе по лбу, — Ты тут не живёшь! Ты живёшь у своей прошмандовки. Вот к ней и иди!
Он шумно пыхтит. Я оборачиваюсь к зеркалу и снимаю патчи. Из-за него передержала!
— Вообще-то, я тут прописан, — вкрадчиво делится он, — Это так, для информации.
— Да что ты? – изображаю удивление в зеркале, — Вообще-то это легко исправить. Пускай тебя пропишет твоя Анжелика! У неё же квартирка имеется? Она у тебя дама с жилплощадью.
— Я ушёл от неё, — с грустным вздохом роняет Сорокин.
— Ооо! – всплёскиваю я руками, — Какое несчастье! Любовь продлилась недолго. Даже не стану спрашивать почему, мне это неинтересно.
— А могла бы вообще-то спросить, — произносит Сорокин с обидой.
Я прыскаю со смеху. Давлю из себя:
— Ой-ой-ой!
— Ну, короче, — подводит Сорокин итог, — Мне квартиру снимать слишком дорого. Да и вообще! На кой хрен мне снимать, если я здесь живу?
— Ты здесь не живёшь! – оборачиваюсь я к нему, — Мы разводимся.
— Ну, — пожимает плечами Сорокин. Занял собой всю прихожую. Не пройти! – Мы можем жить и в разводе. Мне так-то пофиг вообще!
— А мне нет! – отрицаю, толкая его чемодан в направлении выхода. Чего он сюда наложил? Правда что ль, все свои тряпки?
Обступив, он преграждает мне путь:
— Ошибаешься, милая, — цедит язвительно, — Я свои права знаю! Не только ты у нас умная, ясно? Я знаю, что ты по закону не можешь меня выгнать.
— А, спорим, могу? – усмехаюсь.
— Попробуй! – смеётся Сорокин, упираясь ногой в чемодан, — Тебе любой суд подтвердит, что не можешь. Во-первых, — загибает он палец, — Я тут прописан!
— Да ты задолбал…, — начинаю я нервно.
— Молчи! Не перебивай! – рявкает он, — Во-вторых, я тут жил и живу. И все соседи тому свидетели. Все подтвердят!
— Ты не живёшь тут последние два месяца, — напоминаю ему.
— Ой! Ну, что такое два месяца против двадцати четырёх лет? – кривит он физиономию, — Ну, а в-третьих, — откашлявшись, он достаёт из кармана какие-то чеки. Бумажки. Суёт мне под нос, — Вот! Погляди!
— Что это? Что ты мне тычешь? – отбиваюсь.
Он демонстративно кладёт эти чеки на комод и пригвождает ладонью:
— Квартплата. Здесь всё! Газ, свет, вода. Это… как его? Отопление! На целых полгода вперёд оплатил.
Я растеряно смотрю на цифры:
— Зачем?
— Как зачем? – улыбается он, — Чтобы ты не платила.