Я сделал отрицательный жест головой, указывая на маму, намекая на её состояние. Он кивнул.
— Хватит переглядываться, — сердитым голосом сказала Эмери. — Михаил, что ты хотел спросить у Ярара?
Дядя, нехотя ответил.
— Пусть он посмотрит на Щеглова магическим взглядом. Хочу знать, что он увидит.
Мать посмотрела на меня и показала в сторону Талия и Щеглова. И я активировал своё зрение. И тут же отвернулся, стараясь проморгаться.
— Что случилось? — с напряжением спросила Эмери.
— Там настолько сильная концентрация магии, что я не смог рассмотреть Щеглова.
Эта новость заставила напрячься всех нас.
Огненный смерч несется навстречу водному и не успел ветер унести образовавшийся пар, как главы великих родов скрещивают стихийные клинки.
— Красиво дерутся, — произнёс император, следя за боем.
— Тебе настолько не нравится Талий, что ты решил от него избавиться? — спросил Меньшиков.
— Это цена победы!
— Какой победы? Талий магистр огня! В будущей войне он бы нам пригодился.
— Ты так говоришь, будто он уже проиграл. Смотри как бьётся! — показал он на мост. — А ведь ему нет и ста лет!
Меньшиков буквально на несколько секунд принял задумчивый вид.
— Так ты специально это подстроил, потому что видишь угрозу своей власти?
— Они смели требовать руки моей дочери! И знаешь, они её получат! Мои крючкотворы не нашли способа обойти договор. Но Талий, имея в своём роду имперскую кровь, мог желать мне гибели, чтобы самому стать во главе страны.
— Ты дурак! — с сожалением сказал Меньшиков. — А с дураками мне не по пути.
Император с гневом посмотрел на него.
— Это измена?
— Нет, — ответил Меньшиков, — но теперь ты сам по себе, Саша. Я ректор университета, а не воин. В будущей войне я не стану сражаться за тебя.
— Это твой окончательный ответ? — выпуская свою магию спросил император.
Меньшиков не стал отвечать, и ещё внимательнее стал смотреть за боем. Его взгляд остановился на Эмери, которая стояла у моста следя за боем. А рядом с ней стояло трое мужчин. У двоих на мантиях были оранжевые вставки, что говорило о том, что это маги огня. Третьего он вначале принял за мага земли, и лишь присмотревшись понял, что на доспехе не коричневые вставки, а зеленые.
«Сын смотрит, как отец сражается насмерть. — обдумывал происходящее Меньшиков. — Хотел бы я такой смерти?». Но он быстро выкинул эту мысль из головы. Ведь умирать архимаг совершенно не хотел. На то и был расчёт скорой свадьбы его дочери и Ярара. Вернуть себе молодость и помочь молодому правителю, как когда-то просил его старый друг. «Эх, видел бы отец нынешнего императора, что тот творит. Понятия честь и доблесть ему неизвестны. Перед ним лишь пешки!»