Богдан сглотнул. Было больно еще и потому, что там, дома, от беспокойства о нем, наверное, с ума сходили… Его самая лучшая на свете мама, дед, Ксюша… Да вся его братва. Может, за исключением Михи Зайцева, который на его Ксюху имел определенные виды.
Богдана передернуло. Он сцепил зубы, повертел в руке телефон. Разблокировал экран и в нерешительности уставился на ее имя в контактах. Сердце подпрыгнуло к горлу и забилось в нем так, что он его удары чувствовал гландами!
Ксюша.
Богдан смотрел на ее контакт так долго, что экран успел даже потухнуть. Тогда он вновь его разблокировал, занеся большой палец над кнопкой вызова.
Ну вот он позвонит… И что, простите, ей скажет?
«Привет. Не соблаговолишь ли ты подождать меня лет примерно так сто, пока я отработаю долг перед дедом?»
Бред! Но как же хотелось услышать ее голос… Хотя бы чтобы узнать, как они без него справляются.
– Чего втыкаешь? – спросила Богдана сидящая рядом девица, кивая на телефон.
– Да думал позвонить кое-кому, но бабки на счету кончились, – соврал тот.
Попутчица фыркнула, достала свой телефон и протянула Боде:
– Звони сколько влезет.
Богдан как зачарованный уставился на гаджет, сильно уступающий его новенькому айфону. Мама его растила одна, старалась, ни в чем ему не отказывала. У Богдана всегда было все самое лучшее. Шмотки, кроссы, техника. И вот как он ей отплатил! А-а-а! Как это, мать его, пережить?!
В груди горело. Интересно, в пятнадцать может случиться инфаркт? Было очень на то похоже. Впрочем, откуда бы ему знать, да?
Богдан тряхнул плечом, ввел номер Ксюши и нажал на дозвон. На третьем гудке напряжение в нем достигло пика. Хотел даже сбросить, но не успел.
– Алло?
Голос Ксюши ударил под дых. Богдан молчал, хватая ртом воздух.
– Алло? Кто это?
У него пересохли губы. Бодя облизнул их, но во рту тоже ведь как в пустыне было!
– Богдан? – послышалось вдруг.
Он зажмурился. Да чего ж так больно-то?! Ну, какого хрена?
– Это ты? Бодя, это ты?! Господи, ты где?! Ты вообще понимаешь, что тут творится?! Мы все с ума сходим! Твоя мама… Богдан, на нее же больно смотреть! Ты зачем так сделал? Куда ты делся? Почему не отвечал? Я тебе миллион раз звонила!
Богдан вслушивался во взволнованный голос Ксюши, и с каждым ее словом внутри все сильнее затягивались узлы. Хотел что-то сказать… То ли оправдываясь, то ли объясняясь, но из головы тупо вылетели все заготовленные и отрепетированные заготовки. Осталось только душный навязчивый стыд.
Богдан так и не сказал ни слова, а Ксюша, между тем, продолжала:
– Бодя, пожалуйста. Просто вернись. Слышишь? Никто тебя не будет ругать. Никто вообще плохого тебе не скажет. Знаешь, сколько таких случаев по стране? Да миллион. Нам в полиции рассказали. Не только дети попадаются на крючок. Или выжившие из ума пенсионеры. Взрослые тоже ведутся. Ты ни в чем не виноват, Бодь! Так все считают. И теть Леся, и дед Игорь… Ты, главное, домой возвращайся, а? Ну хочешь, я сама за тобой приеду? Только скажи, где прячешься, и сразу же приеду, Бодь, слышишь?!